Считанные секунды спустя первые твари врезались в стену щитов, и в бурые спины тут же начали впиваться наконечники копий.

— Собирайте, сколько сможете! — гаркнул Ярослав, и тут же всадил своё копьё меж рёбер здоровенному бобру. Но тот даже не подумал умирать, и всей своей тушей навалился на щит.

Бобры — не пиявки. Они значительно крупнее, сильнее, да и живучее. Но не это главное. Пиявки ничего не могли сделать с деревянными щитами. Просто пытались перепрыгнуть, но неизменно бились об них своими присосками, получая в ответ порцию железа в извивающееся скользкое тело. А бобры могут этими щитами питаться.

Для этого у них есть мощные зубы, и вскоре люди столкнулись с этой проблемой вплотную. Разъярённые звери не только отталкивали охотников, врезаясь в щиты с разгона, но и выгрызали своими мощными зубами крупные куски дерева.

Также некоторые начали разворачиваться боком и бить хвостами. Такие удары сильно сушили держащие щиты руки, и потому люди неизменно отступали, причём всё быстрее и быстрее.

— Бросайте! Бежим! — в какой-то момент Ярослав понял, что бобров с каждой секундой становится всё больше, и приказал ремесленникам забыть про руду. И так натаскали достаточно.

И потому через секунду после того, как последний добытчик оказался на берегу, охотники в последний раз оттолкнули зверей со всей силы щитами и рванули следом.

— В лес! Туда они не пойдут! — люди организованной толпой побежали по берегу, но звери и не подумали отставать. А Николай как раз вспомнил, что за двадцать метров от воды вся живность каждый раз теряла к нему и Анне интерес.

Так и вышло. Как только люди забежали под тень деревьев и отбились от поджидающих их белок, бобры сначала остановились, а затем лениво побрели восвояси, что-то злобно фырча себе под нос.

Теперь ни у кого не возникало сомнений, что зверьё появляется лишь во время добычи ресурсов. Ведь два раза подряд совпадений не бывает. Значит, это правило.

— Скорее всего, тут есть такой же босс локации. Наподобие золотой белки. И если его победить, то зона добычи ресурсов расширится, — кивнул своим мыслям парень, но озвучивать их не стал. Всё равно первым делом надо разобраться самому, а затем только делать выводы и заявления.

Постояв так среди деревьев, крупная группа охотников и ремесленников двинулась обратно. По пути они подбирали тушки бобров и жаб, пиявок же оставляли гнить под солнцем. В качестве еды они не подходят, да и шкура после смерти твари становится непригодной для использования. И потому никакой ценности в них люди пока не нашли. Разве что, если сдать на монеты. Но их ещё дотащить как-то надо…