— Господин. — чуть привстав, с такого же простого деревянного кресла даже без намёка на удобство, человек склонился в приветствии. — Всё так же. Тихо мирно сидят и чего-то ждут. На наши попытки склонить их к сотрудничеству отвечают вежливыми отказами.

— Клятые варвары! — секретарь барона Корна Тавридиса, а вместе с тем и его правая рука в данный момент находился в тяжело скрываемом бешенстве. Хотя данные стены выдерживали и не такое. — Если бы не прямой запрет на физическое воздействие эта чернь молила бы нас о милости.

Находясь в кабинете городской тюрьмы с третьего по значимости городского сановника, слетела вся напускная вежливость и добродушие с помощью которых он производил на окружающих людей нужное ему впечатление. На самом деле Лур Марак человеком был жёстким, если не сказать, что жестоким, а методы правления своего господина считал излишне мягкими. Ну право слово, возится с варварами, городской чернью и прочими социальными низами лично он считал делом глупым и крайне расточительным, как по времени, так и по ресурсам. Плеть или раскалённый металл делали всё то же самое, что и уговоры, но в разы быстрее.

— Даже самого слабенького мозгокрута нет. — вздохнув проговорил начальник тюрьмы, наливая из кувшина в свой кубок обычной воды. — Просчитался наш уважаемый владетель. Причём сильно.

— Опасный речи ведёшь. — лицо секретаря барона резко заострилось, приобретая крайне угрожающие черты, а глаза сверкнули блеском стали.

— Само собой. — согласился его оппонент, отхлёбывая из кубка и отправляя в рот кусок хлеба. — И ты прекрасно знаешь, что конкретно я могу себе это позволить. Тут вопрос в другом — делать то что?

Лур знал. Причём очень хорошо. Сидящий перед ним человек, который по праву носил прозвище «Чистые руки», был уникумом, которого встретить можно было приблизительно одного на миллион. И это ещё при хорошем раскладе. Его кабинет в стенах городской тюрьмы, его личные покои в одном из особняков центра Цветочной горы были обставлены максимально просто и без излишеств. Совсем. Простой стол, простой стул, простые полки для бумаг, простая кровать с таким же простым матрасом. Если не знать кому это всё принадлежит, то могло сложиться впечатление, что владелец всего этого «богатства» едва сводит концы с концами. Вот только, само собой это было не правдой.

— Знаю. — резко бросил Лур. Ещё бы… Только на его памяти Ивгар Чистые руки трижды при малейшем подозрении в чём-то его компрометирующем, включая прямой спор с бароном, грозился уйти в простые стражники. И его один раз даже отпустили, на пару лет. Пока нового начальника городской тюрьмы за злоупотребление своим положением в неё же и не упекли, вернув Ивгара на прежнее место. — Может всё же дряни им какой в еду подсыпать, чтоб сговорчивее были.