Надо поговорить. В этот раз выслушаю его как следует и только потом дам окончательное решение. Быть с ним или дать понять, что нам не по пути…
— Готово, — довольно произносит Лена. — Ты сегодня особенно красивая, Ами. Прямо светишься вся.
Пялюсь на себя в зеркало. Действительно, глаза блестят, на щеках румянец, губы чуть припухшие после поцелуя. Светящаяся... Ага.
Влюблённая дура, вот я кто.
— Спасибо, Лен, — улыбаюсь ей. — Ты волшебница.
Сегодня съемка для новой коллекции наших партнеров — легкие платья, невесомые ткани, пастельные тона. Оператор уже настраивает свет, ассистенты суетятся, раскладывая реквизит. Я встаю в точку, привычно расправляю плечи.
Перед тем, как начать, представляю Рому, стоящего у входа и наблюдающего за мной. Я, конечно, хотела бы, чтобы он увидел, как я позирую на камеры. Чтобы гордился мной. Однако его тут нет и надеяться мне не на что.
Мне порой кажется, что я стала слишком часто мечтать. Это неправильно. Мне нужно идти вперед, подниматься по карьерной лестнице, а не думать постоянно о человеке, который солгал. Возможность, продолжает лгать до сих пор.
Ладно, пора приступать к работе. Ромы тут нет, зато замечаю напротив съёмочной площадки небольшую группу девушек. Я их раньше видела мельком — вечно шушукаются, строят из себя королев. Одна из них, высокая блондинка с точеной фигурой, смотрит прямо на меня. И на ее лице такое выражение... Как будто она лимон целиком проглотила. Кривая усмешка, прищуренные глаза, поджатые губы и недовольный взгляд.
Кажется, она так же строила рожу Амелии.
Да, со мной могут вести себя как угодно. Всё-таки у меня нет парня, который может выгнать отсюда таких наглый девиц, как они. А вот мою подругу опасаются — ведь Эмин и его семья не потерпят, чтобы Амелию обижали.
Амина слишком тихая. Не стала бы отвечать, а вот я молчать не стану. Обязательно отомщу. Пусть не сегодня, но рано или поздно я дам ответку.
Рядом с блондинкой ещё две — переглядываются, шепчутся, поглядывают в мою сторону и хихикают.
Хочется подойти и спросить, что им нужно. Хочется поставить их на место. Хочется… да многое хочется, однако… Ну зачем? Ведь это не впервые. И с таким дерьмом я буду встречаться часто.
Они стоят у стены, в тени. А я в центре павильона, под ярким светом софитов. Ко мне направлены камеры. Для меня работают визажисты и стилисты. Я та, кого снимают. Я лицо, которое увидят тысячи людей.
А они зрители в первом ряду. Которые могут только смотреть и завидовать.
Их злоба, кривые усмешки, сплетни за моей спиной — это про их собственную нереализованность. Они хотели бы быть на моём месте, но не сложилось. Для них сейчас единственный способ почувствовать себя хоть чуточку значимее — это унизить ту, кто уже добился высот.