Артефакт аж затрясся от негодования.

Я на это пожал плечами.

Но суть уловил. В такие сны, как на том круге, я мог бы его с собой взять. Как-то в голову не пришло, что я могу провалиться в сон с предметом, который держу в руках физически во время засыпания.

Но будем иметь в виду.

Вернулся за комп. Тот как раз загрузил несколько страниц, и я погрузился в чтение и изучение здешнего лора.

Затем захотелось покурить. Давно не хотелось. Сигарет я не имел, потому разыскал на складе старый кальян. Почему-то был уверен, что он тут есть. В этой вселенной я просто не мог не курить.

Да и бухал, должно быть, по чёрному. В перерывах между сеансами упарывания какого-нибудь незаконного релаксанта.

— Это точно всё ещё наш идеальный Город?

Точно две тысячи седьмой, а не апокалипсис?

От увиденного и прочитанного захотелось забыться.

А ещё — я подумал о Тане и особенностях её дома революционерки.

Надо бы ей тоже написать, что и мне Миша. Пусть снижает сложность, лишним не будет.

Полярис: Привет. Не знаю когда ты проснёшься, потому пишу сейчас. Снижай сложность, как увидишь сообщение.

Тень: йо! )

Тень: рада, что ты встал пораньше:3

Тень: уже оценил, какие форменные мрази нами правят на этом круге?

Полярис: как раз сейчас знакомлюсь. Это точно наш Город? А как же идеальность до кризиса?

Тень: к сожалению, да. Такое случается. Эффект эхо затрагивает не только условия развития общества в цикле и его историю. Он может поменять вообще всё, включая правила самого Города. Если сценарий кризиса противоречит идеальности Города, сценарий будет первичен.

Полярис: а ты почему проснулась так рано, кстати?

Тень: как только увидела высокую сложность, сильно превышающую эхо, сразу поняла что к чему. Чекнула свои источники — и поняла, что это мой круг.

Полярис: в каком смысле твой?

Тень: я знаю всё об этих ублюдках. И у меня не дрогнет рука их убивать до кризиса как бешеных псов. Как думаешь, сколько полезных вещей я соберу к концу цикла и сколько набью времени за пять дней?

Полярис: то есть ты будешь охотиться на них до самого кризиса?

Тень: это моя роль в Городе, Полярник )

Тень: я революционер. У меня все стены обклеены вырезками из газет об их злодеяниях. А ещё вся логистика поставок вооружения, механизмы работы людоловов культа и весь список финансовых махинаций алашанитов.

Эта версия Города была теократической диктатурой. Раньше, не так давно, Город находился в мирной стране, где правил духовный совет из нескольких учений. Я узнал католичество и православие, парочку незнакомых культов неизвестных богов, церковь Мисы Триединой, о которой я вскользь читал, а также культ бога крови Алашана и откровенно фашистская секта горцев.