— Значит, беспредельщики тут не при чём?

— Иониты… они на самом деле не совсем машины в привычном понимании этого слова. Вернее, машины, но логика их алгоритмов не поддаётся анализу и расшифровке. У них в алгоритмах полно ошибок, забагованные вычисления, а за основу взяты законы физики другого мира. Иониты уже дважды посещали город, и оба раза были сюрпризы.

— Монстры могут влиять на таймер?

— На третьем этапе они ставят хроносферу, которая искажает потоки времени и причинно-следственные связи. Кризис начался раньше именно потому, что они успели построить хроносферу в будущем. Во время первого их нападения было так же. А второе удалось предотвратить раньше, до её запуска.

Теперь стало немного ясней, хотя… кому я вру, ничего не ясней. Я каждый день узнаю новые правила об этом мире.

Ну а на первый вопрос, о том где он пропадал, Миша не ответил, пропустив мимо ушей.

— Беспредельщики долгое время действовали тихо и создали образ тупых отморозков, но всё это время у нас было полно их кротов. Начиная с Ральфа, — припомнив своего бывшего друга и убийцу, шеф поморщился. — Не знаю, как им удалось создать более эффективную и чёткую структуру в условиях Города, где нельзя контролировать рестарт другого человека, если у тебя нет его адреса. Но это факт. Их организация напоминает секту смертников-террористов.

— Они же своим промывают мозг гидрой, — заметил я. — Контролировать людей через химическую зависимость — трюк, который ещё в нулевом мире удавался тем, кто его по итогу угробил.

— Это тоже, на низшем звене. Но там есть не только исполнители. Настоящие фанатики. Да и если вспомнить, кто всё это начал…

— А кто всё это начал? — перебил я. Этот вопрос был слишком важен, чтобы упустить момент.

Михаил вздохнул.

— Его зовут Олег. Развивается по архетипу жреца, но я не знаю, как зовут его бога. Он всегда был параноидальным, а уж когда протекла крыша и он решил уничтожить Город… о нём вообще очень мало что известно. В их секте никто не знает всего замысла, у всех есть лишь та часть, которую должны выполнять они сами.

Это я уже знал от Марты, но вдруг мелькнёт что-нибудь новенькое?

В памяти всплыл образ мужчины лет сорока пяти с тёмно-русыми волосами и залысинами на и без того редких волосах. Совершенно непримечательный тип, который одинаково мог в прошлом мире быть таксистом, школьным учителем или директором мелкой фирмы. Разве что яркие голубые глаза, будто две льдины, выделялись в этом образе, да и то они не выходили за рамки нормальности, как у Саши.

Перевёл взгляд на окно.

Колонна на улице уже уходила. Боевые маги, местная полиция и военные в серой форме — многих несли на носилках. Кого-то — на погребение. Бой с Хеттарием вовсе не был бескровной и лёгкой победой. Он таковым был лишь для Михаила.