Мы выходили сбоку от величественной статуи, в которой виделся не бог, а скорее маг-авантюрист.

За ним, у алтарей, были рисунки с ним же.

Следует отдать должное, выполнены они были очень красиво. Цвета и подсветка сочетались так, что я невольно подумал, не нахожусь ли я на Изнанке.

На всех был изображён светловолосый высокий вампир с неизменной ухмылкой. Не злой, а скорее азартной.

Первая картина — Алиот на фоне сияющего бирюзового дерева. Разводит руками, будто пытается обнять весь мир. А перед ним спиной стоят белый кот со вздыбленной шерстью, чёрная рогатая тень, синий человек в короне, девушка с бирюзовыми волосами…

Вторая — наш герой всё так же протягивает руки, но за спиной лишь алые витражи, а две протянутые руки сжимают алые флаконы крови, а на переднем плане, спиной к нам, длинноволосая блондинка и рыжая, в лёгких римских тогах с золотом, стоят на коленях перед ним.

Третья — совсем вампирской тематики. Вампир героически кусал девушку, чем-то напоминающую Таню. Только очень злую и бледную, как погибель.

На четвёртой — уже были летающие острова, где наш герой схватился с многоглазым чёрным котом, в котором я с удивлением узнал недавнего знакомого из астрала. Подвальный бог из пантеона Трибунала.

Интересно, мой культ, получается, враждует с алашанитами?

— Путь возвышения бога кровавых рек Алашана, — отвлекла меня Марта от созерцания религиозных картин. — Вампир, вкусивший кровь трёх богов. Хотя технически, гораздо больше, чем трёх.

— Мирт, кажется, практиковал их магию.

— У вампиров было не так много направлений развития магии. Ритуалы Алиота позволяют заменить множество техник других стихий, — пояснила Марта. — В частности — магию разума. Псиоником нужно родиться. Магия крови — это наука, которую можно изучить.

— Сюда идёт большая группа магов крови и охраны, — послышалось у меня за спиной.

Я обернулся и встретился взглядом с Феликсом.

Он как всегда появился из ниоткуда.

— Почему ты здесь? У вас всё в порядке? — спросил я у него.

— Да. Пришёл предупредить — через Тень здесь недалеко. Они идут оттуда — Феликс указал на широкий коридор дальше мимо статуи с алтарём.

Нам к этой группе было и не нужно. Мы сворачивали налево, за алтарь, где по идее должен был быть путь наверх.

Тревога в храме последовала незамедлительно. И совсем не религиозная, а скорее военная. Мелькнуло неприятное воспоминание о нулевом мире, и следом за ним — вспышка уверенности в правильности своих действий.

Никогда больше. Никогда больше я не буду чувствовать отчаянье прошлого.

Мысль о том, что я защищаю Город, придала ещё больше уверенности. Разве можно сомневаться в этом пути?