Руку и обе ноги пробили огромные спицы, надёжно прибивая её к кирпичной стене.

— Ты думала так сбежать от некроманта? Серьёзно? — спросил Михаил с издёвкой.

— Я ничего тебе не скажу!

— А вот это не правда, — мягко уронил он и посмотрел на Марту.

Та поморщилась, но подняла вверх правую руку и, не глядя на свою жертву, создала иглу из чёрной энергии, поглощающей свет.

— Ну что, начнём с иглы тьмы, или сразу примешь глаз василиска? — спросил Михаил с гадкой улыбкой. — Нет? Знаешь, специально на случай встречи с кем-то из вас, я таскаю «инъекцию скверны»…

Глаза девушки расширились от страха. Она сжала зубы.

— Ублюдок, — прошипела она через них.

Михаил вдруг обернулся ко мне.

— Я специально взял тебя с собой, — сказал он. — Правда не знал, что повезёт поймать такую птицу. Не обманывайся её внешностью. Я сейчас вижу перед собой жену. Так что мне не меньше чем тебе неприятно так поступать.

— Буду знать, — пожал я плечами.

— Твои идеи уже пару раз оказывались дельными, так что я решил прислушаться и показать тебе чуточку больше. Но ты должен понимать, что тайны будут. Просто потому что так работает Город. Некоторые вещи нельзя знать не потому что мне жалко, а потому что это наносит ущерб всему Городу.

— Почему ты не говорил это Мирту?

— Я говорил. Но видимо, он об этом забыл.

— Значит, вот как вы зомбируете нубов, — зло усмехнулась Лора и получила первую иглу.

Резкий вскрик был таким, что у меня заложило уши. Я стоял и смотрел, как страдает от боли лично мне ничего пока плохого не сделавшая девушка. И от этого было паршиво.

Нет, я не был прям святым моралистом и понимал, что на войне без таких вещей никак. Скорее, развитая эмпатия сработала. До апокалипсиса я много общался с людьми.

И сейчас я ощущал и какие адские муки испытывает пленница, и то, что Михаил действительно счастливее от процесса не становился. Но вот ненависти в его взгляде хватало с избытком.

Марта и Феликс же были будто тени, совершенно равнодушны.

Пятнадцатилетний паренёк смотрел сквозь всю эту картину с полнейшим равнодушием, будто прямо сейчас фантазировал о чём-то своём.

Марта старательно делала то же самое, но старательные попытки не смотреть на свою жертву выдавали её ещё не до конца зачерствевшее сердце. Даже несмотря на то, что сама же и устраивала пытки.

— Миш, а нахрен ты это делаешь, если есть магия разума? — задал я резонный вопрос.

— Внутреннее сопротивление магии. Они все проходят через какие-то процедуры, чтобы им не считывали память.

— И пытки помогут?

— У этой способности есть свои слабости. Сопротивляться безгранично она не сможет, так что это просто вопрос времени, — он посмотрел на вскрикнувшую девушку и добавил. — Ну, или сговорчивости. Смысл отпираться, если всё равно всё закончится этим?