— Скорее всего — удар был нанесен гирей, возможно кастетом, — уточнил доктор. — Если бы кистенем или кувалдой — вмятина на лице была бы гораздо глубже. И с лестницы покойный не скатился, а рухнул взад себя. Если бы упал лишь с высоты собственного роста, то вряд ли сломал бы позвонки.
— Значит, все-таки, умышленное убийство, — вздохнул я.
— А вы догадливы, если учесть ваш возраст и необразованность, — усмехнулся доктор. Ишь, до сих пор мстит мне за неосторожную реплику.
Пропустив шпильку Федышинского мимо ушей, резюмировал:
— Умница наш исправник. Не зря заподозрил, что урядник скрывает убийство.
— Вот, видите, нашлась вам работенка, — повеселел доктор.
Хотел ответить — мол, это не то, что у некоторых эскулапов, которые сделают свое дело за пять минут, а потом отдыхают. Сказал другое.
— Михаил Терентьевич, вам, наверное, можно в Череповец возвращаться. Думаю, я здесь дня на три задержусь, не меньше. А официальный Акт позже пришлете, не горит.
— Нет, я лучше здесь побуду, — хмыкнул доктор. — А не то, не дай бог, с вашим появлением новые трупы появятся, чего мне туда- сюда мотаться?
— Типун вам на язык, ваше высокородие, — помотал я головой. — Нет бы сказали — останусь, чтобы судебную медицину вам преподать, а вы всякие гадости говорите.
— А не надо было старика обижать — ишь, тело недвижное и бездыханное.
Врет, господин медикус. Я такое не говорил, а мысли Федышинский читать не умеет. Но хочет остаться — нехай остается. Вдруг и на самом деле патологоанатом еще понадобится? А командировочные ему Абрютин платит, а не Окружной суд.
Значит, труп отправить обратно на кладбище, а всех чад и домочадцев покойного — немедленно под арест. Задержим, там и станем разбираться.
Глава одиннадцатая Чистосердечное признание
Решив, что надо немедленно задержать всех чад и домочадцев, малость погорячился. Во-первых, родственников у Ларионова много и всех, как говорится, не пересажаешь. А во-вторых, что самое главное — если я всех арестую, куда их дену? Той самой «холодной», куда в книгах и фильмах определяют крестьян, здесь нет. В подвал посадить или в сарай запереть? Так зима на дворе, в сарае замерзнут, умрут и тогда уже в отношении меня откроют уголовное дело. А себя мне отчего-то жалко. Так что, аресты станем производить постепенно, по мере поступления подозреваемых. А вот куда их определить — пусть волостной старшина с господином исправником думают. Или сразу в город отправим, в участок или в тюрьму.
Еще летом, когда я только-только собирался отправляться в Череповец, меня консультировал следователь Новгородской судебной палаты, наставляя, что следователь, приступая к работе над «темным» делом, должен в первую очередь очертить круг лиц, которых необходимо допросить, а во-вторых — отыскать мотивы возможного преступления. Классика жанра — ищи, кому выгодно.