— Это тот самый старший, отвечающий за охрану. — Также шёпотом ответил ему Семёныч. — Василий Кузьмич ПроРысев.

— И что, у всех ПроРысевых есть мобилеты? — Петухов с недоверием смотрел, как егерь с серьёзным видом слушает, что ему говорит невидимый собеседник.

— Откуда мне знать, у всех они есть, или только у избранных? — Семёныч пожал плечами. — Вроде бы у всех старших обязан быть, чтобы всегда на связи оставаться с графом, или теми, кто от имени графа говорит. Глебушке нашему Старостину, после того, как он клятву принёс, его сиятельство лично такую игрушку вручил.

— И какой вывод можно из этого сделать? — задумчиво произнёс Петухов.

— Какой же? — Семёныч с любопытством смотрел на него.

— Новый хозяин «Медовой долины», богатый человек, раз может себе позволить своих слуг обеспечить мобилетами. Машина на самом деле ни о чём не говорит. Может, на неё всем кланом деньги собирали. А вот мобилеты у слуг — это совсем другое дело. Вот только ты сказал, этот молодой человек — егерь? — и он указал на ПроРысева.

— Егерь, точно. Все четверо сопровождающих — егеря. Его сиятельство даже горничную для жены и своей гостьи не взял, а вот егерей в машины загрузил. Ну, тут могут, конечно, причины особые быть. Из-за нападений Евгений Фёдорович может за свою жизнь и жизнь своей супруги опасаться. Он же художник, человек тонко чувствующий. — сторож еле заметно ухмыльнулся.

— Художник, говоришь, — Петухов выпрямился. — А скажи-ка мне, Семёныч, в какой такой художественной Академии учат в видах защиты, что периметр защищает, разбираться? Егери, опять же. Когда это у нас верные слуги клана егерями становились?

— Так, вроде бы из Сибири граф. А у них там неспокойно, — Семёныч снова почесал макушку, сдвинув шапку. — Волей-неволей научишься в защитах разбираться. Поди те, кто не умел, и какую попало на свои поместья навешивал, давно на корм тварям пошли.

— И то верно, — Петухов поморщился. Он-то думал, что хозяин из столицы.

С другой стороны, Семёныч, старый хрен, даже титула нового владельца поместья не назвал. Да и говорил обтекаемо, половину самому додумывать пришлось. Он ведь даже не знает, молод Рысев, или уже в возрасте. Кто его друзья, какая жена. И от сторожа он такую информацию вряд ли получит. Слишком уж Семёныч хитрый, вроде и не таится, а ничего конкретного никогда не говорит. Хорошо ещё про защиту сказал. Но тут, похоже, пожалел его просто. Защиту-то они все одинаковую ставили, а теперь вот менять придётся, опять затраты непредвиденные.

Молодой егерь тем временем закончил разговаривать и подошёл к Семёнычу.