В шатер главного штаба вошли без предупреждения двое сыновей вместе с Максимилианом, абсолютно целые и здоровые, отчего у окружающих вырвался вздох облегчения, а переживающий отец даже улыбнулся, обняв своих отпрысков.

— Разрешите доложить, генерал, — первым обратился Максимилиан, — задание по эвакуации госпиталя проведено успешно, преследующий враг разгромлен, потери минимальны, — сейчас он переживал о наказании за самоличное принятие решение, выдвинуться на спасение оставшихся в окружении раненых бойцов, с которыми находилась Мария.

— Благодарю за службу, — улыбнулся Шувалов, не став раздувать из мухи слона. На самом деле он был благодарен за помощь юному герцогу и даже подумывал его наградить. — А теперь просто расскажите, без официоза, как справились с такими силами? И каковы потери?

По мере рассказа, перебивающих друг друга братьев, глаза у всех присутствующих командиров округлялись все больше и больше. Такого абсурда и отваги не ожидал никто от подростков, совершивших невозможное. Особенно впечатлил окружающих молодой некромант, скорее всего попавший в плен или уже убитый противником.

— Разреши отец, в предстоящем сражение, попытаться отбить моего друга, напав на незащищенный лагерь врага, — Влад не хотел мириться с потерей одногруппника, который доказал свою смелость и гениальность.

Граф Шувалов не хотел понапрасну рисковать сыном, поэтому не торопился с ответом. Ему не хватало сведений. Возможно, Наполеон будет предвидеть такую вероятность и устроит знатную ловушку, в которую не имел права отправлять своего сына. Он не стал давать разрешения, понимая, что без разведки предпринимать какие-либо действия не будет. В этот момент в шатер вошла Мария, от чего граф скривился, понимая, что его штаб стал проходным двором, раз охранники уже не докладывают, а просто пропускают всех подряд. Но дело в том, что про Марию уже знали все в армии и просто не могли ей ни в чем отказать за ее возможности на грани чуда.

— Господин, — девушка рухнула на колени, заливаясь слезами, — помогите моему другу, Игорю Строганову, спасите его, умоляю, — она смотрела ему в глаза так, что граф уже не смог отказать. Но сейчас он не узнавал в этой изменившейся девушке ту, беззаботную наивную глупую девчонку, которая всю жизнь заботилась о его сыне, ничего не прося ни разу взамен. Перемена была столь разительна, что генерал несколько раз потер глаза, прежде чем ответить на ее просьбу.

— Хорошо, если он еще жив, то мы позаботимся о юном бароне, негоже оставлять врагу такой козырь в виде сильного некроманта нашей империи, — наконец-то принял решение Шувалов. Когда все прибывшие скрылись из шатра, генерал продолжил с поднявшимся настроением вновь обсуждать тактику предстоящего боя, получив предварительный расклад о потерях противника в результате последних двух дней…