На передовую, как всегда, отправятся самые слабые из пехоты, калеки, старые, молодые и проштрафившиеся бойцы, которые примут на себя первый удар со стороны магов, русской пехоты, а возможно и кавалерии. Это было оптимальным решением, чтобы сохранить остальные войска, укрепленные сильными бойцами.

Шеренга смертников растянулась жидким строем впереди кавалерии и насчитывала от пятисот до семисот человек. Солдаты, обреченные на смерть, сейчас не питали иллюзий. Среди этих неудачников находился Игорь, под командованием усатого командира, который подбадривал солдат.

— Ну что, бойцы, давайте покажем противнику, что наша смерть будет не напрасной, заберем с собой на тот свет как можно больше русских, во славу нашего императора, — совсем не обнадеживал солдат успешным исходом сражения командир. У многих и так дрожали колени перед напутствием, а сейчас от страха снова скрутило животы.

У Игоря тоже дрожали руки, сжимающие винтовку со штыком на конце, другого оружия ни у кого не было. Задачей было добежать до противника, расстреливая все патроны, а потом перейти в рукопашную. Смысла в ружье было мало, если армия напротив была прикрыта щитами магов. Но рано или поздно щиты спадали и тогда был шанс кого-то пристрелить. Все решала штыковая атака, в которой парень вообще ничего не смыслил. Он понимал, что ему необходимо продержаться первые десять минут, а потом поднять убитых товарищей, поставив их на защиту своего тела. Но в эти десять минут не сдохнуть, как сказала Орлова, было весьма затруднительным делом.

Прозвучал горн к началу сражения и ряды армий двинулись на встречу друг к другу неспешным шагом. Маги атаковали дистанционно передние шеренги солдат, но пока безуспешно, так как поставленные щиты пока еще держали оборону. Стрелять тоже не имело смысла, пули сильно тормозили, попадая в защиту и вязли в ней, осыпаясь дальше на землю. Расстояние уменьшалось неукоснительно. Неожиданно русские остановились, словно чего-то ожидая. А потом принялись вместо того, чтобы стрелять, просто пить воду, поливая ею голову и просто выливая на землю. Жутко захотелось глотнуть этой воды, во рту появилась жажда. Чем ближе подходили, тем сильнее она нарастала. Эти изверги продолжали издеваться над нами, явно демонстрируя наличие влаги. Появилось желание убивать не из-за пресловутого императора, а просто, чтобы сделать хоть один глоток. Но к тому моменту вся вода была демонстративно выпита или вылита на землю, оставив фляги солдат пустыми. Желание прибить исчезло, а пить захотелось еще сильнее.