На секунду я даже усмехаюсь тому, как она с сожалением смотрит на меня. Мила чиркает зажигалкой, закуривает. Выпускает струйку дыма изо рта. Я морщусь. Не только от запаха, но и тупой боли в голове. Нервно сглатываю. Господи, как же я хочу пить. Как же хочу домой...

Будто прочитав мои мысли, Анна оборачивается обратно. А через минуту она протягивает бутылку воды со стороны двери так, чтобы Мила не увидела. Я сомневаюсь, что надо верить ей. Что можно брать и пить. Они же поили меня лекарствами много лет назад. Покушались на мою жизнь и явно хотели моей смерти. А теперь помогает? Почему я должна ей верить?

Я снова сглатываю. В горле неприятно сухо. Кашляю несколько раз. Заставляю себя подняться, на что Мила оборачивается, рассматривает меня пристальным взглядом.

— Убери это дерьмо, — Анна, кажется, пытается отвлечь ее. Трясет рукой, которая все ещё согнута назад и сжимает бутылку. Мол, забирай. — Меня начинает тошнить от этого дыма. И дышать нечем. Здесь душно. Хотя бы кондиционер включи, — нарочито, я так понимаю, ворчит.

Забрав бутылку, наклоняюсь к спинке переднего сидения, прокрутив крышку, делаю несколько жадных глотков воды. Будто перед глазами светлее становится. Мысленно подмечаю, что до меня никто не пил с этой бутылки — она новая. Прячу под сиденье. Может быть понадобится ещё.

— Гениальный план у вас, — тяжело вздыхаю я, откидываясь на спинку. — Чер-р-рт, — шиплю от головной боли, сильно зажмуриваюсь. — Сучка ты, Мила. Обещаю, что расплатишься.

— Сидела бы смирно, не получила бы по своей миленькой головке, лошара. Я тебя предупреждал, — хохочет, выруливая куда-то в сторону.

Анна снова ворчит, говорит, что хозяину мой поступок не понравится. Я закатываю глаза, когда они разговаривают, что-то обсуждают между собой, будто являются самыми лучшими подругами. Но я достаточно хорошо знаю Аню. И в этот раз точно не ошибаюсь... Она против Милы! Я чувствую в ее голосе раздражение. Чувствую, как бесится, когда Мила самодовольно ведёт себя. Странно... Анна решила исправить свои старые ошибки, помогая сейчас? Или же это снова круто спланированная игра и я опять же ошибаюсь? Ведусь на нее? Неужели я тоже не изменилась за все эти годы и вновь как дура набитая верю сестре своего мужа?

В области сердце невыносимо колет, когда перед глазами встаёт картина, где Сашка бродит по дому, ищет меня. Могу поклясться, что он сейчас лежит в своей кровати и плачет, зовёт меня.

Хочется, чтобы весь этот кошмар был всего лишь сном. Я даже постараюсь всё быстренько забыть. Лишь бы оказаться дома. Прижать сына к себе, положить голову на одну подушку и поспать. А ещё лучше, пусть муж тоже будет рядом.