Разворачиваюсь, чтобы покинуть комнату сына, пойти в нашу с мужем спальню. Он наверняка там и, черт знает, чем занимается.

— Ма-а-ам, — вдруг позади раздается мягкий голос ребенка. Он уже спустился с кровати и направляется ко мне. — Ты будешь злиться на папу, да?

И такой взгляд у малыша... Жалостливый, что ли... Беззащитный. Сердце кровью обливается, а в горле снова образовывается ком.

— Нет, конечно. С чего ты взял?

Мы с Рамилем никогда не ругались при ребенке. И сейчас я этого делать не собираюсь. Ни в коем случае. Но Сашка как взрослый парень. Обмануть его сложно. Почти невозможно.

— Не ругайся, пожалуйста. И папа тоже пусть не ругается. Я не хочу, чтобы вы ссорились. Я больше не буду капризничать, обещаю. Папа сказал... — он замолкает, задумчиво смотрит в мои глаза, а потом продолжает: — Папа сказал, что у него есть проблемы на работе. И что он их скоро уладит и снова будет проводить с нами в выходные. Мы отправимся на отдых.

— Что тебе еще сказал папа? — тяжело выдохнув, опускаюсь на корточки перед сыном. Сжимаю маленькие ладошки. — Скажи мне, родной. Что он тебе еще сказал?

— Сказал, что чуть-чуть осталось. Через неделю никаких проблем не останется. Попросил не капризничать. Понять, что у него есть работа. А еще сказал, что когда я плачу и хочу увидеть его, то ты злишься. А тебе нельзя злиться. Да, мам?

— Почему мне нельзя злиться? Ты поделился с папой хорошей новостью? — осторожно уточняю, слегка улыбаясь. — Ты сказал, что у тебя будет сестра?

— Нет, я забыл, — качает он головой, и я снова выдыхаю.

— Не говори ничего. Договорились? Я сама. Пусть это будет нашим небольшим секретом. Хорошо, родной?

— Хорошо. А ты не будешь больше злиться?

— Нет, не буду. Спустись на кухню. Я завтрак приготовила. Бабушка там, она тебя накормит. А потом... Мы с тобой гулять пойдем.

— По рукам, — широко улыбается Сашка, заправляя локон за мое ухо. — Люблю тебя, мама, — сказав, целует в щеку и выбегает из комнаты.

Прижимаюсь к стене спиной, пытаясь перевести дыхание. Моя семья потихоньку рушится. От счастливого брака почти не осталось ничего. Бесконечные ссоры, конфликты... Я устала. Очень устала, но стараюсь твердо держаться на ногах ради сына и... будущей дочери.

Положив руку на грудь, чувствую бешеное сердцебиение. Еще чуть-чуть — и я упаду в обморок. Аж перед глазами начинает темнеть.

На ватных ногах шагаю к спальне, открываю дверь. Рамиль сидит на диване. В руке папка, листает бумаги.

И снова я начинаю закипать. Даже сейчас, когда он находится дома, не может отложить дела в сторону и уделить время сыну. Мне, в конце концов!