— Ох, милый! Я сейчас кончу! Давай скорее свою колбаску!

Я обрадовался, и Дал! Мери испытала подряд три оргазма и была наверное способна на четвертый, но мои немаленькие силы закончились, вместе с содержимым яичек.

— И что это было? — Спросила любимая, когда спустя долгое время ко мне вернулись силы.

— Это я полечил твои царапины. Мое изобретение! Оно может принести нам многие миллионы долларов, если раньше нас не прибьют, когда люди узнают о нем.

— Ох, правда⁈ Я чувствовала себя немного суперменом, и до сих пор кажется, что готова поднять даже тебя, только есть очень хочется. Давай поедим!

Мы сходили в местную едальню, где на огромных тарелках нам подали стейки из кабанятины, ребрышки оленя и небольших птичек размером с перепелов. Мери плотоядно облизнулась и принялась уничтожать еду с завидным проворством.

— А почему ты думаешь, что это опасно? — Спросила, с сожалением глядя на недоеденную птичку, за отсутствием места в раздувшимся животике.

— Вот, представь себе. Ты не охсмен, у тебя куча денег и рак. Что ты предпочтешь? Жизнь — или деньги?

— Конечно жизнь!

— Вот! Значит этот метод бесценен для многих и за него нам легко открутят головы, сначала выпытав не такой уж и сложный секрет.

— Тогда что? Мы никому не скажем⁈

— Да. Я тут уже размышлял на эту тему. Население Земли стремительно увеличивается и без всяких чудо-лекарств, и мы только ускорим это, что приведет к глобальному переселению и вследствие войны, эпидемии и смерть.

— А давай испытаем на тебе!

— Хочешь, чтобы я затрахал тебя до потери чувств? — Я улыбнулся, а естествоиспытательница смутилась и сказала, что не подумала о последствиях.

— Но мы же будем извлекать из этого пользу?

— Естественно будем! Я уже все придумал!

Мы вернулись в номер, и я рассказал о своих планах открытии косметического кабинета, которых было везде пруд-пруди, где она сможет с помощью кристалла разглаживать морщины, подтягивать мышцы груди, удалять шрамы и прочие дефекты кожи.

— А замаскируем мы все под большой прибор, от которого будет отходить гибкий манипулятор с кристаллом на конце, подсвеченный зеленой лампочкой.

— Почему зеленой?

— Цвет целителя и успокоения, а еще он гармонирует с твоими глазками. Может приляжем?

— Приляжем. Только не вздумай нажимать на мой живот! Да. Можешь погладить… И титечки… Вот паразит! Ты мне сейчас всех перепелок обратно выдавишь!

Я прижался с спине любимой и неожиданно для себя опять захотел! Не опять — а снова! Скажете вы, и будете правы, ха-ха!

Следующую неделю мы ехали по диагонали на юг, возвращаясь домой через несколько штатов, уставшие от впечатлений и довольные своим путешествием.