Крови оказалось всего несколько капелек, украсившие простыню красными пятнышками.

— А Китти сказала, что будет больно и неприятно! Вруша!

— Она то откуда знает?

— Не знаю. Говорит подруги рассказывали. Это от этого детишки появляются? — Она окунула палец в лужицу, затекшую в ямку пупка. — Подумать только!

— А ты конечно и не подумала предохраняться?

— А как?

— О боже! С кем я связался⁈

На всякий случай поводил кристаллом вокруг писи и понес радостную невесту в душ смывать мои семечки, пока они не нашли дорожку к вожделенной цели. Там позволил себе намылить и насладиться ощущением скользкой кожи, гладкой как шелк. Милая опять возбудилась и терлась об меня как течная кошечка, пока я не посадил ее на свое бедро и показал, чему научился в местном «клубе». Заодно и помылись, как говорится!

— Теперь я твоя, а ты — мой! — Мери нежилась на свежей простыне, закинув по-хозяйски свою ножку. — Молодец я? Хвали меня быстро!

— Конечно, молодец! Только надо было все же предупредить, что ты не предохраняешься.

— Мне было неудобно спрашивать, а книжку я не нашла. Извини…

— Ох ты мое недоразумение! И зачем я тебя вытащил на свою голову!

— Хи-хи! Вот за тем! — Она поерзала, ощутив упирающийся в живот член. — Ты опять хочешь!

— А ты нет?

— Давай решим проблему с предохранением, а то я себя не контролирую. Венчаться буду с большим животом, ха-ха!

— Ты права. Дай поцелую.

Поцелуи плавно перетекли на грудки, заставив Мери трепетать. Пришлось опять тереться телами до физического удовлетворения, смеясь после в душе и сетуя на одного пачкуна.

На следующий день я купил пачку кондомов, не доверяя Мери в этом деле. По вечерам мы с ней гуляли под ручку в парке при усадьбе Гриннов, а по утрам неистово любили друг друга, когда Мери уходила в школу на час раньше и забегала в мой домик. Иногда она опаздывала в учебное заведение и пришлось нам заводить будильник, отсчитывающий минуты свидания, чтобы не потеряться во времени. Мамочка нас сразу просекла по известным только женщинам приметам в изменении поведения своей дочери, тем более, что фигура девушки незримо изменилась, излучая сексуальность и не видимые феромоны желания. Но видимо, это согласовывалось с планами семьи и на потерю девственности обратили внимание, как на само собой разумеющееся событие, или мне это только кажется. По крайней мере миссис Гринн все также милостиво общалась со мной при редких столкновениях, а Китти всего лишь подкалывала, но больше меня не провоцировала. Затем у Мери наступили каникулы, и мы укатили на дальнюю часть озера, «забыв» взять с собой Китти.