А что у меня? Возможность вернуть назад мысли, которые сам признал мусором? Потрясающе!

Смешной момент, даже сам улыбнулся, пусть это и звучит очень тупо. Ну да ладно, я сюда не за этим попал, надо двигаться дальше.

Идти пришлось не так уж и много, уже через пять минут я оказался перед последней стрелочкой. Впереди – всё тот же тоннель, вот только он мне совсем не интересен. Моё внимание приковано к плетению из нескольких десятков силовых линий. Оно ярко висит в воздухе, позволяя мне внимательно себя изучить.

– Потрясающе, это и есть заклинание, которое я сам не мог создать? – слегка разочарованно протянул я.

Уверен, если бы двигался старой методикой – добрался бы до него всего лишь на день-два позже. И так половину этой структуры уже создал. Оставалось, грубо говоря, продумать один связующий элемент, а дальше всё должно было пойти как по нотам!

«Ага, это в том случае, если бы ты не удалил что-то важное, в очередной раз очищая плетение от мусора», скептически, но верно подметило подсознание.

Эй, хватит гнобить самого себя! От этого моё Чувство Собственной Важности страдает. Забивается, бедняга, в самый тёмный угол и не выползает без обильной кормёжки. Не надо мне такого, без него уже неуютно и грустно.

Пять раз пробежался взглядом по простенькому плетению и закрыл глаза, пытаясь нарисовать его на обратной стороне век. Получилось!

– Спасибо, можно мне теперь отдохнуть? – спросил я в пустоту и моментально вырубился.

На следующее утро

Сегодня я сам себе позволил взять выходной. Надо отдыхать, учитывая, что суббота, так что Милана спит под боком. Разлепил глаза к девяти часам утра, но не ощущаю себя отдохнувшим и выспавшимся.

Тело ломит и крутит, болят все мышцы, ноет каждая косточка, сухожилия трещат, стоит мне сделать любое движение. Во рту – Сахара. Глазам тяжело смотреть, по ушам бьет громкий шум с улицы, хотя звукоизоляция дома выполнена на очень хорошем уровне.

Плевать, мне сегодня никуда не надо, в туалет не хочется, так что позволяю вновь вернуться к Морфею.

Некоторое время спустя

– Ты как? – будит меня лёгкое и нежное прикосновение Миланы.

– Вроде нормально, – слегка вру девушке.

Не так плохо, как утром, но и идеальным состоянием это не назвать. Тело уверено, что последние недели оно без сна и отдыха разгружало вагоны с пудовыми гирями. Мозг думает, что он месяцами пытался решить очередное «нерешаемое уравнение». Что самое обидное – мне так и не удалось добиться успеха в этом.

– Уже почти четырнадцать часов, – с глубоким волнением произнесла девушка. – Померяй температуру.