Спустя какое-то время беснование стрёмных упырей прекратилось, и всепоглощающая тишина вновь укрыла весь зал, казалось, прислушайся, и ты услышишь сердцебиение товарищей или своё собственное. Столь гнетущая тишина порядочно напрягала, ведь помимо врагов, что совсем не издавали звуков, ты сам мешал себе, неожиданно громкие мысли мешали сосредоточиться на главном или это какая-то очередная способность вампиров? Словно ты тонешь в океане собственных мыслей и уже не замечаешь, что происходит вокруг, взяв себя в руки и очистив сознание, я по-новому осмотрел кабинет, но ничего не изменилось, лишь размеренный стук сердец товарищей в абсолютной тишине и почти кромешной темноте.

Споткнувшись об валявшийся под ногами стул, я зацепился взглядом за новые ручейки насыщенно-вишнёвого цвета, что тянулись от хаотично выпотрошенных тел, что штабелями лежали в углу у разбитой капсулы из закалённого стекла, но у неё не было защиты из титановой сетки. Луч тактического фонаря медленно подымался по горе изуродованных тел на вершине которой, познавая дзен, медитировало странное существо с непропорционально вытянутыми конечностями. Алебастровая кожа давала понять, что перед нами уже точно не человек. Вместо ушей у него было два провала прямиком в голову. Резко принюхавшись, тварь приосанилась, но её глаза так и не спешили распахнуться, задумчиво водя носовыми хрящами, что, по всей видимости, и остались от когда-то орлиного носа, она выискивала вторженцев, так до конца и, не понимая, кто где.

Неожиданно вспыхнувший свет позволил нам осмотреть этот зал более подробно, и мы застыли, от осознавания, в какую опу всё-таки влезли. Ведь впереди виднелись ещё ряды всевозможных тварей, что жадно пожирали нас взглядом. Но все они были запечатаны в своих капсулах и словно только и ждали что приказа от своих хозяев, но приказа так и не последовало. Признаться, это лишь ещё больше запутало меня. Безухая и безносая тварь всё так же приосанившись, водила сморщенной головой на горе выпотрошенных тел, что уже начинали пованивать. Рёбра так и выпирали из боков «эксперимента», а вытянутые, словно у пианиста пальцы в нетерпении рвали плоть мертвеца, на котором оно с комфортом и устроилось. Но тварь так и не рискнула покинуть своё место, явно опасаясь кого-то более страшного, чем мы, но кого? Оставлять эту гротескную химеру позади чертовски не хотелось и поэтому, наёмник кивнул на кортик Алексея, который тут же оказался в руках охотника, пояснив жестами, чего от него добивается, а следом и указав на тварь, брюнет получил утвердительный кивок.