— Но у неё же там дыра была с мою голову? — изумился Сиплый. — Откуда новые?

— Я лично видел, как от Иштар осталась половина, когда она всё-таки укусила белую жемчужину. Она выжила и довольно бодра до сих пор, — проскрипел папаша Кац. — Двадцать четыре минуты до взрыва, господа.

— Если бы какой-то знахарь не нажимал на всё подряд, то мы уже садились на дрезину. Так ведь, Изя? — язвительно спросила Лиана.

— Метров двести с поворотами осталось, затем подъём и дрезина, не обращая на неё внимание сказал папаша Кац.

— Правильно, начальник, что я кончил атомитов. Прикинь они бы сейчас на дрезине умотали?

— Прикидываю, только вот понять не могу. Мы под горку на ней катились почти час, а сейчас назад поедем и времени у нас совсем нет. И точно попадём под взрыв в туннеле.

— Жень, чего тогда на полчаса таймер поставил? — с претензией заявила Лиана.

— На взрывателе не было больше делений. Есть пять минут, десять. Тебе сколько? — огрызнулся я.

— Так, ещё один взрыв я не перенесу, — замолчала она заскучав.

— На этот раз у нас есть все шансы его пережить, — папаша Кац пробежал вперёд и вызвал лифт. — Подземный, пятьдесят килотонн. Из эпицентра мы по любому выйдем. Самое страшное, что нам грозит, это обрушение галереи. Я предлагаю принять ещё по одной дозе, на этот раз лайт-спека.

— Для скорости? — переспросил я.

— Да, главное не сломайте дрезину!

— Она же железная! Смотрите! — крикнул Сиплый. Мы уложили Вику на пол дрезины, и она открыла глаза. Она огляделась не в силах сфокусировать взгляд и решила подняться. — Лежи, девочка.

— Что со мной, Витя? — тихо спросила она Сиплого.

— Витя? — папаша Кац похлопал его по плечу и протянул ему шприц-тюбик. — На вот, прими, Витя. Все берите, и вчетвером садитесь на рычаги. Двадцать минут, между прочим, осталось.

— Всё позади, девочка, спи, — ответил Сиплый и через скафандр вколол себе в плечо лайт-спек. Вообще скафандры на нас не были полноценными изделиями способные защищать от множества катаклизмов. Слишком сильно сказано, данная модель у внешников служила чуть ли не повседневной. В нашем случае она защищала от газов, радиации и биологических угроз, то есть грибка в атмосфере. Нам то он как собаке пятая нога, а внешники боялись заразиться местной атмосферой. Металлизированная ткань не толще обычной рубашки, белая снаружи и серебристая изнутри, она легко прокалывалась и поэтому «скафандры» предназначались для внутренних помещений. Но мы ходили в них везде, как и Сталкер. Я тоже вколол себе спек, в довесок к первому. Волна энергии, бьющей через край, наполнила нас, и мы вчетвером схватились за рычаг дрезины. Папаша Кац пристроился рядом с Викой удерживая её голову в своих руках.