Я включил сирену, чтобы хоть как-то распугать прыгающих под колёса броневика. Лиана перелезла на место стрелка и начала беспощадно уничтожать всех. Перерождённых и не очень. После нектара, предоставленного папашей Кацем, она почти ничего не соображала и только успевал ловить в перекрестье прицела очередную смешную фигуру. Помню, как я испил откат из пушки, реакция со мной случилась примерно такая же. Папаша Кац как заправский гангстер палил с одной руки из автомата, другой держась за поручень. Соне хватало одного удара, чтобы переправить клиента сразу через весь Стикс. Прохожие разлетались как кегли.

Впереди раздался устрашающий рык и медляки начали расползаться в стороны. На нас сметая ларьки с очками, бижутерией и прочими девайсами нёсся топтун! Уже? Когда успел прибежать. То, что он не из местных было понятно. Знатная зверюга, ощущающая себя королём, неслась, гордо задрав свою отвратительную башку щёлкая костяными пятками. Стоило ему только увидеть Пенелопу, как он поджал хвост или что там у него висело и с визгом пробив витрину с розовыми игрушками скрылся из виду.

— Видали? — крикнула раскрасневшаяся Пенелопа. — Я Богиня!

— Ох и натерпимся мы с ней. Хорошо хоть успел стерилизовать, — вздохнул папаша Кац.

— Изя, она на нас не бросится? — покосилась на Пенелопу Соня.

— И не один раз, но Изя Кац знает своё дело. Она даже натравить на нас никого не сможет. Фирма веников не вяжет, если и вяжет, то фирменные, — авторитетно заявил знахарь. — Видела бы ты, что Иштар творила! Сорок тысяч человек укокошила за раз!

— Жуть какая, — побледнела Рейко. — И где она сейчас?

— Я же говорил, сожрали её.

— Хватит трындеть. Приехали! Папаша Кац, ты таскаешь воду. Соня с Рейко ищут одежду на всех. Мы с Лианой и Ракетой собираем еду, — сказал я, вылезая из кабины.

— А она? — кивнула на Пенелопу Рейко.

— Пусть пока забавляется и отгоняет отсюда всех. Поехали!

Я взял на себя наиболее трудную задачу. Лиана же никогда ничего не забывала вплоть до соли и перца. Салфеток и пластиковых тарелок. Она показывала, что брать, а я загружался и вёз в наш броневик, больше подходивший размерами на автобус. Папаша Кац таскал бутыли с водой складывая их у багажной двери. Почётная обязанность равномерно распределить вес по салону делегировалась мне. В какой-то момент между Боржоми и Святым Источником я потерял из виду знахаря, но так как шума не было не обратил на это внимание. Залип, наверное, где-то в своей манере и жрёт за обе щёки. В крайний раз он почти с ногами залез в холодильник с двумя батонами белого хлеба и пачкой масла с одной стороны и с несколькими килограммовыми банками с чёрной икрой с другой. Изя знал толк в еде и на мелочи не разменивался, запивая всё это устрицами и белым вином.