— Мы знаем, это была шутка, — вставила Лиана. — Нолды слыхали о шутках?

— В основном нет, мы более замкнутые, чем вы, — виновато ответил Арес.

— Разомкнём, — пообещала Афродита. — У нас всякий юмор есть, в основном солдатский, тяжёлый, чёрный, плоский. Мы и сами простые как грабли.

— Собрались! Хватит трепаться. Смазали экзоскелеты? — гавкнул я на них.

— Да, Жень. Не скрипят. Только у Каца колени, боюсь его услышат яутжа, — с прискорбным выражением лица сообщила Лиана. — Как ночь, так весь этаж не спит, слушают как Кац скрипит на ком-то.

— Мы работаем над этим, — кивнула Соня. — Разрабатываем суставы.

— Не увлекайтесь там, — хохотнул Афродита. — А то замкнёт в неподходящий момент.

— Я в состоянии починить себя сам, дамочка! — отрезал возмущённый папаша Кац.

Афродита повторила тот же трюк перед прохождением болота, как и в прошлый раз. Начала раздеваться, не спеша продемонстрировав свою совершенную фигуру всем, особенно Аресу. Соня уже видела, остальные разинули рты, особенно Арес. Раздевшись догола, она сложила одежду в прорезиненный мешок и перекинулась в элиту. Получается, во время боя в стабе она тоже щеголяла в неглиже? Как-то не подумал об этом. Я вышел из болота первым и тщательно обыскал небольшой пляж. Как я и думал яутжа оставили нам несколько сюрпризов. Две мины-ловушки с сетками. Я повозил слегой по траве, и они сработали выпрыгнув вверх, но никого не поймав свернулись в холостую. Ещё в одном месте лежало что-то вроде небольшого диска под цвет травы. Я выстрелил в него из бластера. Диск разрезало на части и над ним поднялось небольшое облако оранжевого цвета и сразу пропало. Скорее всего это были сигнальные дымы.

Арес ничего подозрительного не увидел, и мы продолжили движение. До цели оставалось девятьсот метров по прямой. На этот раз нам несказанно повезло, и мы не встретили ни одного яутжа и вышли на опушку леса перед пирамидой серо-стального цвета с грандиозным изображением ксеноморфа на одной из граней. Искусно вырезанное изображение чудовища заворожило к тому же ещё и подсвечивалось в наступающих сумерках.

Ко входу в пирамиду вела массивная широкая лестница из двадцати ступеней. По краям её возвышались статуи ксеноморфов различных конфигураций. Некоторые показались нам знакомыми, а иных мы никогда не видели, но одно было ясно без слов, все их делали яутжа. Но может не они сами, но кто-то их же рожал. Меня пронзила мысль, что этот кто-то нам ещё не встречался. Я присмотрелся, на лестницах что-то лежало. Издалека, казалось, что нижние ступени завалены бесформенным мусором. Бинокль у нас был по-прежнему один и в него сейчас смотрела Соня. Она молча передала мне и спряталась за широким стволом дуба. Рядом с ней стояла в экзоскелете Лиана. Остальные лежали в высокой траве и шептались. Наведя бинокль на ступени широкой лестницы, я чуть не выронил его.