— Устами младенца глаголет истина, — ввернул Изя Кац. — Я ещё где-то руку разрезал.

— Промой, я перевяжу, — посоветовала ему Грелка. Папаша Кац прополоскал руку в озере и воскликнул. — Смотрите! Рана затянулась прямо на глазах. Невероятно. Живая вода, да-да, ты самая живая.

— Какая?

— Помнишь, нашли у дракона в портале?

— Стоп! Стойте, Зомби, Лёха, посмотри-ка в «сферу». Не хватало ещё вляпаться, — если мы по-прежнему в Улье, то в пещере могли быть аномалии. Все застыли на месте, а Зомби лихорадочно вытащил артефакт. Через минуту он нас успокоил. Все выдохнули. Девочки отправились в один конец пещеры, мальчики в другой.

— Лесник, «сфера» показывает выход отсюда, правда там стена, — Зомби направил фонарь на противоположную от воды стену. Я подошёл к ней вплотную. Проход был, но за ширмой, роль которой исполнял кусок камня. Поэтому за ним не было видно выхода, я прошёл в проём и остановился. Ход вёл наверх, но без Зомби идти вперёд я не решился. Неизвестно, что там могло поджидать наверху.

— Молодец, проход есть. Надо собраться всем и тогда обследуем его. У Кобры был большой бак с живчиком, надо туда набрать воды из озера. Если папаша Кац нас не обманул. Ты ведь не обманул, старина?

— Как можно вот, сам смотри. Даже следа не осталось, а порез, между прочим, был довольно глубоким, — Изя Кац протянул мне свою ладонь.

— Реально как та? — Лиана склонилась над его рукой и дополнительно посветила своим фонарём.

— Да.

— Фига. Мы богачи, оказывается, — Грелка быстро скинула одежду ни капли, не стесняясь и бросилась в озеро. — Ах жеж бля холодная какая!

— Вот дура, придатки застудишь, — негодующе сказала Наташа.

— Ага, если они у неё ещё есть после её похождений, — проворчала Лиана. Я пнул жену в бок и скосил глаза на Зомби. Тот делал вид, что ничего не услышал.

— Вы о чём, бабы? Она же живая. У меня сейчас лишние ещё отрастут! Идите купаться, — Грелка плескалась в воде с блаженным лицом.

— Слышишь, а может и правда? — Наташа не успела спросить Лиану, как та уже прыгала в озеро.

— А у меня вот колени постоянно ноют, — папаша Кац в трусах до колен уже входил в озеро.

— Личному составу приказываю принять живительную ванну, — я разбежался и нырнул. Обжигает, в первое мгновение перехватило дыхание, но тут же отпустило. Я плыл под водой с температурой парного молока. Я словно родился заново, получив необыкновенный заряд бодрости. Когда я вылез, то обнаружил что большинство моих застарелых шрамов разгладились, кожа стала упругой. Мышцы рельефнее, и я даже увидел кубики на прессе, а то уже стал заплывать жирком к тридцати годам.