— Боюсь не раньше, чем послезавтра.

— Ничего, переночуем на воздухе.

— Боюсь, что на «воздухе» тоже не будет воздуха. Сорок восемь часов, это предел, иначе платформу придётся размораживать заново, а это очень накладно.

— Что ты хочешь этим сказать? — не поняла Иштар.

— Тебе и твоим людям придётся переждать ремонт на сорок седьмой платформе. Как раз там через два часа произойдёт перезагрузка. Захватите свежих продуктов. Вам же нужны свежие продукты?

— А как же, — настроение у Иштар пошло вверх. — А эти?

— Этих встретят ликвидаторы, когда они через десять часов вылезут оттуда.

— Или умрут в подвале? — уточнила Иштар.

— Или умрут в подвале, — согласился агент Смит.

— Что ж, меня это устраивает. Как только платформу починят я возвращаюсь назад, так? — уточнила нимфа.

— Так, так. Чего ты меня всё время спрашиваешь? — разозлился агент Смит.

— А то, что я вашему брату ни на грамм не доверяю. Ты что говорил? Муры придут, порядок наведут. Что вышло в результате? Эти долбоёбы устроили здесь цирк и самоликвидировались через три часа. Твои медики напоследок что устроили? Минус двадцать восемь человек убитых центаврами, а иммунные на деревья не висят, знаешь об этом?

— Ну хватит уже. Я тебя ещё подниму с планеты. Ты ещё про ликвидаторов в пятый раз скажи.

— Смит, только попадись мне в руки, — прошипела Иштар. — Ты познаешь все муки Ада.

— Алло, сейчас договоришься, ликвидаторы за тобой сперва заедут, — парировал агент Смит. — Ладно, раз между нами сложилась такая идиллия, поднимай свою задницу и выводи людей.

— Сейчас, поболтаю напоследок, сам знаешь с кем и съеду.

— Хорошо, на сорок седьмой всё чисто. Пройдёте как по бульвару. Конец связи, — Иштар поморщилась, наконец-то этот гадёныш отвалил из её головы. Может правда вырезать ко всем чертям эту «радиостанцию» из головы? А Тибериус хоть и говнюк, а всё же спас её. Как в воду смотрел, сморчок. Ну что, Терешкова, я первая женщина, вышедшая в космос вообще без всего!

— Арнольд!

— Я здесь, госпожа, — щёлкнул каблуками гигант. Ему показалось это будет классно выглядеть.

— Арнольд, я хочу есть. Закажи обед. Учти, у меня разыгрался зверский аппетит, — Иштар встала с дивана, рядом уже стоял Резвый.

— Ваша одежда пришла в негодность, госпожа, — он кивнул на обрывки, бывшие когда-то скафандром. — Я взял на себя смелость подыскать вам кое-что. — Он передал ей стопку одежды.

— Взял на себя смелость, — повторила Иштар, — а что! Мне нравится твой слог, Резвый. Будешь моим фаворитом. Но вот то, что ты нашёл никуда не годится. Ладно, ладно, не надо вскрывать себе вены. На сорок седьмой подберу себе что-нибудь. Так что у нас дальше?