— А мыло с полотенцем у тебя есть? — жалобно спросила Анечка, глядя на меня своими влажными оленьими глазами.

— Что-то такое было, — не стала скрывать и по переглядываниям окружающих поняла, что уже сегодня этого лишусь. Особенно, если помоются все. — Ребят, это вообще-то индивидуальные средства гигиены.

— Тебе жалко что ли? — надула губы друидка.

Задумалась… И кивнула.

— Да.

Кажется, она не ожидала такого прямого и честного ответа, отчего часто-часто заморгала своими длинными ресничками, открыла рот… И закрыла. Нечего сказать, да? Вот и не надо.

А Семен вдруг удивил.

— Настя права. Личные вещи — табу. Это не средства первой необходимости. Я тут начал потихоньку качать зельевара, так что если кто найдет мне мыльный корень или парочку других трав со схожими характеристиками, то сделаю что-то вроде жидкого мыла. Пять минут делов. С остальным тоже можно будет порешать схожим образом. Например, что-то мне подсказывает, что если кто-нибудь возьмет портного, то это решит проблему по рубахам и полотенцам. Ну а там и до запасных трусов дело дойдет. Ань, что думаешь? Вы с Ирой ведь взяли на морлоках по уровню? И сколько очков бонусного опыта вам подогнала система?

— Да я их уже потратила… — невнятно пробормотала Аня, старательно отводя взгляд.

— На что? — нахмурился орк, всем своим видом и тоном давая понять, что ждет четкого ответа.

— На ха… харизму, — жалко проблеяла друидка и не знаю, как у остальных, а у меня дернулся глаз.

То есть пока мы тут старательно развиваемся, чтобы спасти свои задницы (и её задницу в том числе!), она сливает очки в уни… харизму⁈

Леша осуждающе качнул головой, Артем закрыл лицо ладонью, Кирилл лишь поджал губы, а сидящая рядом с ней Ира, не стесняясь, отвесила сестре подзатыльник.

— Дура!

Семен же сидел молча и просто смотрел. Тяжело, мрачно.

Не выдержав общественного осуждения, Анечка подскочила на ноги и уже открыла рот, с явным намерением поскандалить, но Семен её опередил, низко рыкнув:

— Молчать!

Захлопнув рот, друидка аж присела слегка.

— Села!

Девчонка послушно шлёпнулась на задницу и не знаю, как остальные, а я напряглась.

— А теперь послушай меня, девочка, — с расстановкой заговорил наш негласный командир. — Мы все оказались здесь не по своей воле. Мы все — жертвы гребаной системы. Мы все потеряли как минимум друга, как максимум родственника! А то и не одного! Но ты, кажется, забыла о том, что мы работаем в команде. И выживаем только благодаря тому, что работаем в команде! Работаем, поняла⁈ Не изображаем балласт!

— Но я… — губы Анечки дрожали, по щекам катились крупные слезы, а в глазах стояла обида, — я же лечу… И кулинара взяла… Я не балласт!