Рыжеволосая девчонка попятилась назад, отползая, но уперлась во что-то. Она не молила о пощаде, не просила не трогать ее, не лила и слёз. Словно зверек, понимавший, что ее сейчас ждет. Два старых волка точно разгрызут ее на части, как зайчишку, попавшего в смертельный капкан.

Внезапно в небе она услышала громкое шуршание ткани. И взглянула наверх — с крыши спрыгнула тень, приземлившись прямо перед ее носом. Она видела лишь его спину. Темная рваная накидка, глубокий капюшон, сапоги. Он вынул из ножен меч и откинул капюшон, встав на ее защиту.

— Ты еще кто⁈ — зыркнул на Аполлона поросяш.

Но демон не ответил, лишь молча встал в стойку средины и прочертил острием клинка кривую полосу. Вероятно, показав, что за данную черту лучше не переходить.

Второй толстяк хмыкнул, увидев стойку новичков.

— Прикончим его, Фаррел. А меч заберем, — бросил он беглый взгляд на добротный клинок.

Первый как-то утробно прорычал от злости:

— Как скажешь, Роди.

Аполлон, услышав их откровенную беседу, сжал рукоять меча крепче, отчего скрипнули кожаные перчатки, отвел опорную ногу немного назад, намереваясь для начала встретить атаку, а после контратаковать. Всё для того, если их потасовку настигнет стража, то демон скажет, что защищался, а спасенная девчонка наверняка подтвердит его слова. Он продумал даже такую мелочь.

Конечно, Аполлон мог быть не прав, встав на защиту этой девчонки. Но что должен натворить ребенок, чтобы решиться убить его?

Демон не мог позволить такого правосудия.

— Воинское дело «Медвежья неукротимость», — вокруг Фаррела сформировалась оранжевая аура и вмиг исчезла.

С топориком в руках, он бросился в атаку.

— Ра! — нанес толстяк удар. Резко и шустро для его комплекции.

Но жесткий удар меча навстречу на миг ошарашил его. Не ожидал Фаррел от худосочного парнишки такой отдачи. Аполлон, не теряя ни мгновения, сделал выпад и острием меча проткнул ему живот, и тут же, вытащив меч, отразил атаку второго противника. Первый, с кровоточащей раной на пузе, свалился на колени, закрывая ладонями хлынувшую кровь.

— Ар-р-р-гх! — завопил он от боли.

Второй бился с Аполлоном, размахивая кинжалом, в попытках достать юркого юнца. Но тот всё время ускользал и даже как-то легко парировал все атаки.

От внутренней безысходности толстяк слёзно прорычал:

— Фаррел! Держись! Я разберусь с ним! Сдохни! Сдохни-сдохни-сдохни!

Он был немного поменьше, но куда проворней. Размашистые удары кинжалом рассекали воздух с намерением рубануть по Аполлону от души, но ничего не выходило. Демон кружил с ним в переулке, уходя с линий атак.