— Кто заказчик, я действительно не знаю, — начала она. — Виделись мы с ним всего один раз, да и то, по его инициативе. Напрямую мы никогда не контактируем. Так вот, что он, что я были тогда под иллюзиями, скрывающими личность. Все, что я запомнила — это голос, которой не подделать. Да и бесился он сильно от того, что ты жив остался, поэтому даже маскировать его не пытался. Если услышу вживую, наверное, смогу узнать. Через запись точно нет — пробовала, не получилось.

— Но ты кого-то подозреваешь?

— Кого-то подозреваю. И если быть точным, то вашего канцлера.

— Давыдова? — моргнул я. — Вот уж никогда бы на него не подумал. На хрена ему это?

— Ну, если вот так, навскидку, то не забывай, он женат на твоей двоюродной тетке, в которой течет кровь Гордеевых. И его сын вполне может наследовать трон, если других наследников по мужской линии не останется.

— Таких, как он, я могу тебе навскидку ещё троих назвать, но почему именно он? А, например, не тот же Ушаков, у которого и сын подходящий есть, и сильнейший административный ресурс в лице Тайного приказа присутствует.

— Нет, тут иное. И вообще, мне кажется твоя смерть не была для него во главе угла. Это, скорей, бонус. Важно было не то, что ты умрешь, а как именно ты это сделаешь.

— И что в этом такого? В яде, который был в бокале, нет ничего таинственного…

— Не скажи. Что ты знаешь о пустынных скорпионах?

— Кроме того, что противоядия от их отравы не существует? Да ничего.

— Ну, так я тебя просвещу, а дальше думай сам. Раньше, очень давно, у нас на Земле существовал культ некоего злого бога. Где-то его звали Чемош, где-то Аббадон, а где-то Черный змей. Служителей у них было много, как и тайных храмов. Где-то им приносили человеческие жертвы, где-то во их славу пытали, усиливая себя через боль, но всех этих жрецов объединяло одно, общий символ бога — скорпион. Считалось, что убив жертву его ядом, ты приносишь душу убитого в дар богу. В целом, мой орден ему не поклоняется, но и среди нас последователи имеются. Те же малефики творят магию его именем.

— То есть, меня тупо пытались скормить этому, как его… Чму?

— Вроде того. Я считаю это неким символизмом, но это я. А вот для кого-то другого, возможно, всё представляется в ином свете. Мы какое-то время наблюдали за вашим канцлером и пришли к выводу, что он очень непрост, да и личности, с которыми он общается… Я бы их, если честно, собственноручно прибила, дабы не позволять подобной мерзости гулять по земле…

Но в отношении организации твоего убийства — это пока так, на уровне догадок, как ты понимаешь. Доказательств у меня нет, а теперь собрать их будет затруднительно.