— Как куда? Видимо, мне придется поговорить с Императором Мейдзи, чтобы выгнал таких нахалов с праздника.
— Думаете, это самый повод, с которым можно подойти к правителю Японии? — улыбнулся я и сам пошел вперед. — Что ж, давайте у него спросим, как он к этому отнесется.
Старик с женой слегка удивились, когда я прошел мимо них и пошел в сторону Императора.
Наверное, они до конца не понимали, что происходит. Старик шел рядом с высоко поднятой головой.
Император только закончил танцевать со своей супругой, и оба прошли к своему столику.
Старик слегка вырвался вперед и отвесил максимально низкий поклон, еще раскрасневшемуся от танца императору. Это был даже не поклон, а практически кладка пополам. Удивительные японские старики.
— Ваше величество! О, мой господин! Позвольте мне сказать, что сегодняшний день просто венец праздников! Такой организаций я раньше не видел! Потрясающе! И вы, вместе с Императрицей смотритесь просто превосходно! О, как же Японии повезло, что ею управляет такой мудрый и справедливый правитель, как вы! Как же… — он продолжал осыпать комплиментами Мейдзи, все так же сложившись пополам.
Императрица уже устала слушать и уперла рукой подбородок, хитро поглядывая на меня.
Император же успел не спеша выпить бокал шампанского.
— Заканчивай, Тэкехира, даже я уже устал слушать, — сказал Император и, посмотрев на меня, кивнул, мол, «что случилось?»
— Ваше Величество, я прошу от своего имени и от имени моей жены, наказать этого наглого гайдзина за оскорбление моей дочери! — он выпрямился и ткнул в меня пальцем. — Мы требуем, чтобы он усыпил свою шавку!
Глава 13 Все обошлось
— Михаил? — удивленно посмотрел на меня Император Мейдзи. — Что случилось?
— Боюсь, у нас вышло банальное недоразумение, — улыбнулся я. — Дочь многоуважаемого… Тэкехира попыталась погладить моего питомца или, как выразился он, эту шавку. Но как видите, по дырке в потолке Кицуня не особо любит, когда ему делают больно…
— Наша дочь чуть не погибла! — вмешалась жена старика.
Императрица же только расплылась в улыбке. А ее супруг встал со стула.
— Эй, Тэкехира, подойди. Хочешь сказать, что твоя дочь чуть не ударила священное животное ёкай кицунэ?
Этот «многоуважаемый» владелец каких-то там заводов стал практически одного цвета с белоснежными скатертями на столах.
— Что? Ваше Величество! Разве такое возможно? Это шутка? — пробормотал он.
Я же попросил Машу продемонстрировать лисенка, что и было сделано.
Когда три хвостика вытащили из переносной сумки, все охнули. Даже у охранников отвисла челюсть.
— Но откуда… — пробормотал старикан. — Это же мифическое животное.