— По — хорошему, мне бы убить тебя тут, а трупы вывести за стены, да бросить посреди леса на ужин зверью. Бесславная и неинтересная смерть, не так ли?

Боб активно закивал головой, ударяясь зубами о железное дуло.

— Боб, я дам тебе первый и последний шанс — с трудом произнёс я — Чтобы в этой части города, я тебя никогда не видел, и не приведи господь, чтобы я тебе даже услышал тут. Я найду тебя, выпотрошу каждого твоего человека, выставлю их трупы на стенах, на обозрения всем, а тебя заживо скормлю крысам. Это понятно?

Завидев дрожащий короткий кивок, я ещё пару секунд держал паузу для нагнетания, а после вытащил дуло из его рта, и обтёр его об одежду Боба. Я махнул рукой, Дик переглянулся с бандитами, после чего отпустил Боба и его товарища, подарив ему парочку пинков на дорожку. Я развернулся к нему спиной, и вышел из переулка, вместе со своими бандитами, и направился обратно в харчевню, где у дверей стояла Виктория, чего я явно не ожидал. При свете одинокой лампы над дверью, её фигура в платье прям сияла и отдавала загадочностью. Похоже, хозяева передумали нас впускать, ну чёрт с ним, я своё дело сделал и не жалею.

Я подошёл вплотную к Виктории и устало улыбнулся ей, стараясь не показывать свои истинных чувств.

— Чем могу быть любезен? — спросил у неё, но видя её серьёзный взгляд, который пронизывал всю душу, скривился и снёс маску веселья — Они живы, но я постарался сделать так, чтобы они вас не беспокоили. Если придут вновь, или будут ошиваться рядом, говорите и я разберусь.

Она всё так же стояла и молчала, сложив руки на груди. Ладно, похоже обломился мне комфортный отдых.

— Ладно, не дурак -закатил глаза — Мы уходим, можете не беспокоятся.

Стоило мне слегка повернуть голову, чтобы удалиться в темноту города, как лёгкий острый коготок коснулся кончика моего подбородка и остановил меня. Я ошарашенно перевёл взгляд обратно на Викторию с вытянутой рукой, которая молча доставала из кармана платок. Мне было даже страшно произнести что либо, и судя по нулевой реакции от банды, они разделяли мои чувства. Простой белый платочек с давно стёртым рисунком появился на свет, в руке Озоби, и та грубо, но всё же стала водить платком по моей морде. Сколько она так водила, знать не мог, я был больше загипнотизирован этим действиям, не желая двигаться с места, позволяя этой красавице меня вытирать. Стоп, красавице?

— Вы испачкались в крови, когда избивали того человека — спокойно и без эмоций произнесла Виктория, убирая платок обратно в карман — Если планируете у нас ночевать дальше, то в таком виде я вас впускать не собираюсь.