Город жил своей жизнью, на нашем пути виднелись припаркованные машины от самых простых до совсем убогих. Мимо порой проходили редко встречающиеся прохожие, куда спешащий по своим делам, либо просто выпивающие в такой поздний час. В домах горели окна, слышался хохот или наоборот крики недовольства. Люди несмотря на творящийся апокалипсис и прочий ужас за стенами города, живут вполне неплохо и даже имеют какие ни какие но дома. Правда, страшно представить, как тут выживают зимой. Пока разглядывал окружение, мы завернули в тёмный переулок и брели между двух домов, где всю было забито каким — то мусором. Стоун поднял руку, призывая остановится, а сам пошёл к стоящей двери, над которой горела едва живая лампочка. Он постучал особым образом, и через минуту небольшое окошко в двери открылось, явив нам две пары заспанных глаз. Я стоял рядом и слушал разговор.

— Мы пришли сдать вещички, посмотришь?

— Время видел? — проворчал голос — До утра не терпит?

— Утром нас уже с таким добром повесят на плахе — тихо прошептал я, но чтоб меня услышал собеседник.

Пара глаз посмотрела на меня изучающим взглядом, после чего окошко открылось. Послышались звуки открывающихся замков, и через минуту перед нами открылась дверь. В проёме стоял пузатый мужик, одетый в деловую одежду с чёрно-коричневый цвет. Его имя было скрыто.

*??? *

— Надеюсь дело того стоит, иначе Стоун я даю слово, что больше тебя принимать не стану — после этих слов, он посмотрел на меня и криво улыбнулся — Не знаю, чего добиваешься Зубр, но давай внутрь, переговорим за товар. Стоун загонит телеги к другому проходу.

Переглянувшись со своим замом, я сбросил всю лишнюю одежду и почувствовал лёгкое расслабление. Я зашёл в вежливо открытую дверь, и закрыл за собой. Мы оказались в небольшом коридорчике, состоящим из кирпича. Скупщик, а это точно был он, уже был в конце, так что пришлось догонять. Неизвестный открыл дверь, и мы оказались в лавке старьёвщика, в полном этого слова понимании. Куча выставленных столов или шкафов забытых разнообразным хламом до приличных вещей. Тут без сомненья было всё, что могли только принести люди в городе, тут как и игрушки виднелись, так и запчасти двигателей.

Неизвестный ворча что-то под нос, отодвинул дверцу стойки, и пошёл к двери за ней. Открыв её, показалась лестница ведущая куда-то вниз, до ушей донеслись звуки работы, а по лицу ударил горячий воздух. Я на мгновение остановился, преследуемый чувством лёгкой тревоги и паранойи. Чего я так легко поверил Стоуна? Почему так спокойно вообще иду неизвестно кому и неизвестно куда? Может, меня сейчас дубинкой ударят, свяжут а после на органы пустят.