В руку мне воткнулась тонкая игла шприца.

Очнулся я от того, что кто-то отчаянно хлестал меня ладонями по щекам. Дернувшись, было, но вновь с разочарованием ощутив, что связан по рукам и ногам, я открыл глаза. То, что я увидел перед собой, отпечаталось в моей памяти на всю жизнь, и сцену эту я буду воспринимать с благоговением и трепетом, весь отпущенный мне на этой земле срок. Передо мной стоял мой единственный шанс на спасение, а именно Басурман, я почему-то был уверен, что это именно он, и Маликов, человек которого я уже мысленно похоронил.

— Вы-то тут откуда, — ахнул я, озираясь. — Как?

— Каком кверху, — отмахнулся инженер, перепиливая пластиковые жгутики на моих запястьях. Идти сможешь?

— Не уверен, — признался я. — Я так уже не менее суток распят, так что ног и рук не чувствую. Опасаться уже начал, как бы гематомы не вышло.

Со всей своей непосредственностью инженер беспечно потыкал кончиком ножа мне в лодыжку.

— И, правда, онемело. Ничего, сейчас расходишься.

— Не так все просто, — я попытался указать на ошейник с пневматическими шипами у себя на шее, но вышло несуразное дерганье, впрочем, мутант и Маликов и так все поняли.

— Еще один ошейник, — прищурился инженер, отстегивая кожаные ремни. — Интересно. Не такой, как на жрунах, прости, людях. — Денис виновато взглянул на мутанта, но тот лишь рыкнул, втягивая ноздрями воздух.

— В соседнем помещении жирдяй. — Кивнул я. — У него пульт управления и папка с документами. Кожаная такая, со стальными заклепками. Мне жизненно необходимо и то и другое.

— Понято, — кивнул Маликов, — и уже виновато заискивающе в сторону мутанта, — Басурман, миленький, разберись.

Мутант мотнул искореженной башкой и бесшумно скрылся за дверью.

— Как вы сюда вошли? — поинтересовался я. — Там же охрана⁈

— Марик? — Улыбнулся инженер. — Басурман оторвал ему голову.

Покойный Марик солгал. Бой, разыгравшийся за нашими спинами, шел не так, как расписывал теперь уже мертвый мерзавец. Как только мы скрылись в здании, мутанты и оставшиеся бойцы Горина начали перегруппировку, медленно, но верно отходя из зоны огневого поражения, захватывая по пути все новые и новые жизни броненосцев. Немало тому помогала и все еще функционирующая и чудом сохранившая боезапас спарка на восьмидесятке, стрелок, которой прилежно вывел из строя оставшиеся автоматические пушки.

Маликов, не имеющий никакой физической подготовки, да и оружие державший в последний раз почти двадцать лет назад на учебном полигоне, отстал от группы и также попытался уйти в здание, где исчез наш маленький отряд. Уже там его нагнал Басурман, бросившийся на выручку к попавшему в беду человеку. Потеряв человеческий облик, но сохранив сострадание и отвагу, мутант уволок Маликова, оглушенного от грохота взрывов и рева автоматных очередей, вглубь покинутого здания, где они и отсиживались до вечера. В пылу боя, и радуясь нашему кретинизму, служба безопасности и панцирная пехота прохлопала двух неудавшихся диверсантов, позволив им отлежаться и сориентироваться на местности.