Наконец, когда жезл засветился черным (не спрашивайте как, сам не понимаю), демон наконец сдался.

— Он согласен и спрашивает, чего вы хотите, — усмехнулся я с таким превосходством, словно лично укротил герцога.

— Отлично! — Максимилиан с облегчением погасил жезл. Было видно, что он очень не хотел использовать крайне ценный артефакт, но был готов. — Я же четко сказал — пусть предложит достойную компенсацию за нарушение!

Пришлось несколько раз пресекать демона, который начинал доказывать мне, что ничего он не нарушал и людишки его подставили. Даже если так, оно совершенно не относилось к текущей ситуации! Наконец я добился какой-то конкретики, которая совершенно не понравилась декану и инквизитору.

— Что значит «я научу жалких людишек всей правде?» — нахмурился Максимилиан. После моих пояснений у него глаза на лоб полезли. — В каком смысле он хочет преподавать демонологию в нашей академии? Он с ума сошел⁈

— А что, замечательная идея! — Вадим Семенович очень воодушевился и мечтательно закатил глаза. — Мы получим признание не только в империи, но и за рубежом! Я сходу даже не припомню, где еще есть демон-преподаватель, не считая Сорбонны!

«Фокалорс! Мерзкий предатель, обменял свою жизнь на прислуживание людишкам», — прошипел Барбатос, делающий ровно то же самое, что и его французский собрат. Интересно, он видит иронию?

— Инквизицию это не устраивает. В эпоху демонических вторжений было утеряно множество ценных магических и исторических артефактов. Ты должен помочь нам с поиском! — немного чересчур пафосно воскликнул Максимилиан.

Не удивил. Наверняка инквизиция пленила и допросила целую кучу демонов, собрав неплохую базу знаний. Барбатос же обладал уникальным талантом, который собирались использовать по предназначению. Умный ход, что не могло не радовать. В противостоянии с демонами мне бы не хотелось сражаться вместе с глупцами.

— Он согласен указать вам на один артефакт. — Честно говоря, мне не по душе была игра в испорченной телефон, но идея отдать контроль над телом демону нравилась еще меньше. Приходилось терпеть.

— Как минимум десять! И это лишь компенсация за нарушение договора.

— Не больше двух… четыре, если вы разрешите ему преподавать здесь до конца года. — Я нахмурился и добавил от себя лично: — Не понимаю, зачем ему это. Он, конечно, плохо высказывался о качестве предметов, связанных с демонами, но не верится в стремление нести свет знаний.

— Это несложно объяснить. — Максимилиан перешел на менторский тон, продолжая сжимать бесценный артефакт. — Ему придется это делать через тебя, создавая постоянную связь с нашего одобрения. Надеется со временем подчинить тебя, захватить тело и душу и, вероятно, бежать сразу по завершении года.