Я прошёл мимо него к грязному обшарпанному столу, где сидел очень толстый лысый мужик в маленьких круглых очках и чёрном костюме. Из кармашка жилета свисала цепочка часов. Похоже, это и есть главный комиссар.

— Оставьте, — он взмахнул рукой. — Это же северяне, они всегда так реагируют.

Дозорный с дробовиком поморщился, но оружие убрал.

— Мессир Громов, верно? — спросил толстяк. — Наслышаны, как же. Это ваш человек совершил все эти убийства, тут уже ничего не поделать. Нам остаётся только охранять юношу до суда, чтобы его не разорвала беснующуюся толпа снаружи, которая жаждет отомстить.

Он показал на окно, заставленное кактусами. На лужайке перед домом охраны не было вообще никого.

Я потащил тяжёлый стул к столу, где сидел этот главный комиссар. Ножки скрипели по грязному полу. Толстяк скривился от звука.

— Он это не совершал, — сказал я и сел напротив.

— Ну как это он не совершал? — удивился толстяк. — У нас уже дело закрыто! Видите, вот подписи свидетелей, вот назначенный адвокат, который тоже говорит, что его клиент виновен.

— Виновен, — повторил высокий человек с большими залысинами. — Это ясно сразу. Он пока не подписал признание, но это вопрос времени.

— Вы совсем уже, — произнёс я, глядя толстяку в глаза. — Вы арестовали моего человека без доказательств и теперь втираете мне, что он виновен?

— Давайте спокойнее, — попросил толстяк.

Судя по звуку, за моей спиной готовили дубинки, а то и громострелы.

— У нас есть показания, что молодой Климов три месяца назад…

— Он три месяца назад был в Огрании, — сказал я.

— Но у нас есть показания, что он был здесь! Вот здесь, здесь и…

— Ваши показания немного расплывчаты, мессир главный комиссар, — раздался знакомый голос.

Инспектор Руссо, мой ночной союзник, сел рядом со мной и закурил сигару, выпуская сизый дом в сторону толстого комиссара.

— Я немного ознакомился с ними. Они все сделаны под копирку… буквально, под копирку, потому что почерк одинаковый, только подписи разные.

— Что ты хочешь этим сказать, Ищейка? — толстяк посмотрел на Руссо

— Все эти подписи местной охраны, — сказал инспектор Руссо. — Одного из них взяли на работу всего неделю назад, другого сегодня утром. Уверен, любой суд не примет…

— Примет, — сказал толстяк злобным голосом.

— Приму, — отозвался сидящий в стороне сухой дед, держащий на коленях трость.

— Доброго утра, господин судья, — Руссо кивнул ему, улыбнулся и склонился к моему уху. Он прошептал: — Это плохо. Они хотят сразу провести суд. Торопятся.

— Я, как лендар клана Горящего Леса, — сказал я, не отрывая свой живой глаз от толстяка. — Говорю, что мой человек прибыл в академию не так давно вместе со мной. А до этого он жил дома.