— Хорошо. Можете оставить нас наедине, если не затруднит? — соизволив оторвать свой взгляд от электронного экрана, попросил он.

— Конечно, — ответил врач, при этом слегка кивнув. Сразу же после этого он подхватил свои записи с тумбочки и был таков.

На пару минут повисла гробовая тишина, нарушаемая лёгким гулом кондиционера. Белозёрский молчал, с задумчивым видом изучая что-то там за окном. Я же тоже не торопился начинать с ним разговор. Единственным желанием было только то, чтобы придушить засранца на месте. Вот только после введённого укола по телураспространилась слабость, заставляющая полностью расслабиться и лежать овощем на кровати.

— Ты знал? — как-то туманно спросил Белозёрский, продолжая пялиться в окно.

— То, что ты мразь? О, да! Я это прекрасно знал, — с издёвкой ответил я. Ну а что? Каков вопрос, таков ответ.

— Издеваешься? — хмыкнув, заметил этот упырь. При этом на лице не промелькнула ни одна эмоция. Кремень, одним словом. Другой бы на его месте точно вспылил бы. А этому хоть бы хны. — Я про твою силу, — добавил он, смещая фокус своего зрения в мою сторону.

— Какая тебе разница. И откуда ты про неё знаешь? — задал я резонный вопрос.

— О, сейчас о ней все, кто хоть сколько-нибудь интересовался этим вопросом, знают. На арене ты знатно засветился, — ответил он.

Мне показалось, или сейчас на его лице просквозила усмешка? Да быть не может. Он же человек-скала!

— И что? В нашем мире столько магов и всяких там попаданцев. И у всех разная направленность и специфика. Я от них далеко не ушёл. Вот только в отличие от тех несчастных, чьи тела заняли эти ушлёпки из иных миров, я по-прежнему остаюсь самостоятельной личностью, — резонно заметил я.

— Попаданцы, говоришь, — задумчиво протянул Белозёрский, словно смакуя эту фразу. При этом на лице у него проступила улыбка. — А знаешь ли ты, кто такие эти «попаданцы» на самом деле? — немного подумав, решил он задать вопрос.

— Офигевшие ублюдки, решившие, что раз смогли попасть сюда, то можно творить всякую дичь, — огрызнулся я. Ну правда, как-то не хочется с этим Белозёрским вести всякие светские беседы. Мне и так хреново. Пусть катится отсюда колбаской.

— Почти. Вот только что будет, если я тебе скажу, что этот мир — ненастоящий, — жестом рук показав, что будто охватывает всё вокруг, поинтересовался этот сумасшедший.

— Что за бред ты несёшь? Как это может быть ненастоящим? — постучав по тумбочке, спросил я, — Дай мне нож, я тебе его всажу в брюхо, и ты мне потом скажешь, что это всё иллюзия, — предложил этому безумцу. Ну а что? Раз у него такие речи, то хотя бы избавлю мир от одного сумасшедшего. Заодно отомщу за «Кровавый турнир»