Я, ожидавший куда более суровое наказание, даже воспрял духом. А ещё меня порадовало то, что они не упоминали про использование магической силы. Но, похоже, радовался я преждевременно, так как следующий вопрос поставил меня в тупик:

— Скажите, когда вы научились использовать магическую силу? По официальным данным, вы не можете проявлять магию в реальном мире, — с небольшим прищуром посмотрев в мою сторону, следователь задал вопрос, который я не хотел услышать.

— Мне помогли тренировки и пилюли концентрации, — ответил я. Ну а что? В какой-то мере они могли помочь с реализацией.

— Вот как? Возможно, так оно и есть, так как в вашей крови были обнаружены вещества, присущие таким медикаментам, — немного подумав, заметил он, ну а я расслабился.

— Что ж. Слушание по вашему вопросу состоится после обеда. До этого времени Вы пробудите здесь. Если появятся вопросы, вас пригласят, — закруглил он допрос и достал рацию.

— Немов, зайдите и сопроводите Страфорда обратно в камеру.

Через пару минут в кабинет вошёл знакомый мне конвоир. Он козырнул следователю и велел мне следовать за собой. Так мы вернулись в то самое помещение, где я сегодня проснулся.

Когда дверь за моим сопровождающим закрылась, я остался в гордом одиночестве. Время тянулось медленно, словно подбитая улитка. Но торопиться мне было некогда. Так что я принялся ждать назначенного часа.

Тем не менее, всё когда-нибудь заканчивается. И время ожидания тоже прошло. В какой-то момент дверь вновь открылась, явив мне знакомый образ.

— Идём, — только и сказал Немов.

Вскоре мы пришли в зал, где должно было состояться слушание. Трое присяжных выдвинут свой вердикт после того, как выслушают доказательства и аргументы сторон. В качестве обвинителя выступал Станислав Николаевич. А вот мой адвокат меня немного удивил.

«Лариса Фёдоровна?» — удивлённо посмотрел я, увидев мать Ребекки, сидевшую на стороне защиты.

Женщина посмотрела в мою сторону и тут же отвернулась. По ней было непонятно — то ли она рада меня видеть, то ли наоборот. В любом случае она прекрасно знала о нашем конфликте с Ребеккой. Так что то, что она здесь, стала вдвойне удивительным для меня.

Я прошёл к своему месту и сел в соседнее кресло рядом с женщиной. Та ничего мне не сказала, продолжая раскладывать листы бумаги на столе. Лаптев же в свою очередь подготовился и просто ожидал начала заседания.

— Начинайте, господин Лаптев, — разрешил один из присяжных, тем самым дав добро.

Слушание проходило за закрытыми дверями. Кроме всех вышеперечисленных и конвоира, здесь никого не было.