Поднявшись на второй этаж, я наткнулся на проходящую мимо директрису, которая выглядела все так же шикарно, как и всегда. Ее темные волосы были завязаны в длинный хвост, который открывал все уголки потрясающего лица. Аккуратные скулы делали ее лицо более строгим и привлекательным.

Та, увидев меня, широко раскрыла свои большие карие глаза и тут же остановилась, забыв, куда шла, и нахмурив брови. Ее глаза выражали явное удивление, наводя меня на плохие мысли.

«Она знает…»

— Быстро в мой кабинет, Роран! — громко сказала та, развернувшись обратно в сторону своего директорского кабинета. — Сейчас же!

Я, пожав плечами, в очередной раз взглянул на часы и, осознав тот факт, что снова опоздаю на урок, тяжело вздохнул и отправился за ней, поглядывая на ее строгую, но довольно короткую юбку, плотно облегающую ее стройные ноги и изящно двигающиеся бедра.

«Хороша…» — мельком пронеслось в моих мыслях, но я тут же себя отдернул, настраиваясь на тяжелый разговор.

Запустив меня в комнату, Мари закрыла дверь на ключ и молча указала глазами в сторону дивана. Я тут же свалился на мягкую обивку и невольно скрестил руки на груди, что говорило о моем нежелании откровенничать. Та, взяв несколько бумаг, присела рядом и серьезно посмотрела на меня. На ее изящных скулах забегали желваки.

— Ничего не хочешь мне рассказать, Роран? — внезапно начала та тихо.

— Тебе очень идет официальный стиль… — улыбнулся я. — Не думал, что у тебя такие красивые ушки…

«Я сказал это вслух! Вот же…»

— Хватит язвить, Роран… — сказала та, тяжело вздохнув, и показала мне несколько листов с фотографиями пары дюжин трупов. Позже она достала фотографию высокого парня, то бишь меня, стоящего рядом с ними с костяным шипом в руке.

— Ты… — хотела начать та, но что-то вспомнив, спешно взяла в руки мобильник и включила запись с видеокамер. Камера засняла лишь одно убийство, к сожалению, самое жестокое из всех. На видео двухметровый амбал полз со сломанной ногой, а я устало шел за ним.

— Прошу… — молил тот.

Мы с Мари прищурились, всматриваясь в размазанную картинку. Все было ночью, но доказать то, что на видео именно Роран, было несложно.

«Досадно…»

—Не беги… — прозвучал мой голос, точнее, голос Рорана.

— Прошу, у меня семья! Это лишь моя работа… — хрипел амбал таким жалостливым голосом, что мне стало не по себе.

— Двенадцать! Этой девочке всего двенадцать! О какой работе идет речь?! — буквально орал Роран, вытирая слезы. —Проще было ее убить, сукин сын! Избавить ее от страданий!

— Помилуй, помилуй!

Она выключила экран мобильника и посмотрела на меня с осуждением, бегая глазами по лицу.