Как оказалось, алхимия в этом мире не была абсолютно так же доступна, как и в моем, поэтому новые знания приходилось получать из собственной памяти. За десяток лет я многое позабыл из алхимии, напоминая себе в тюрьме лишь о двух необходимых техниках — перенесение души и создание безграничного объема маны.

Конечно, чтобы использовать алхимию в действии, мне нужно было гораздо более сильное тело, ведь использование ее требовала неимоверно много маны, но и была очень сильна в применении.

То, как именно я узнал об этом, мне было запрещено рассказывать в своем мире даже самым близким людям. Лишь десяток человек во всем мире были осведомлены об этой технике. Одним из них был тот, кто некогда уничтожил всю мою жизнь, убив жену и детей.

Смотря на все это, я понимал, что мне стоит уделять свободное время лишь на некоторые из предметов, ведь другие не были особо важными, а учителя многого от учеников не просили. Это радовало.

И тут внезапно прозвенел звонок. Я отдернул себя от размышлений, протер глаза и посмотрел на Шоджи с Микой. Те судорожно складывали тетради в сумки и спешно двигались в сторону двери. Я тут же направился следом за ними.

На улицу мы вышли одними из самых первых, дабы не наткнуться на одного из тех, кто все время ходил за нами, а именно Манабу и его компашка. Драться у меня не было ни сил, ни желания, поэтому на предложение «свалить через эвакуационный выход» я отреагировал коротким кивком.

— Л-ладно, м-мальчики, мне на автобус н-надо… — сказала Мика, когда мы перешли дорогу и окончательно убедились в том, что нас никто не преследует. — Увидимся з-завтра!

— Удачи тебе, Мика… — влюбленным взглядом Коджи проводил толстушку, переваливающуюся с короткой ноги на длинную. — Ох, вот это задница, правда, Роран? — его взгляд скользнул на меня.

— О да… — хмыкнул я. — Девушка просто шикарная… на тусовке все одноклассники обзавидуются…

— Ты обидишься, если я признаюсь ей в своих чувствах на дискотеке? — посмотрел тот на меня с жалостью в глазах. — Она ведь тебе тоже нравится…

Я лишь закатил глаза, тяжело вздохнул и положил свою тонкую ручку на его мягкое плечо.

— Эх… в этом бою за сердце Мики я проиграл, но больше так не делай, Коджи…

— Спасибо, дружище! — хотел он меня обнять, но я выставил ладонь. Его потная грудь выглядела не самым притягательным образом. — Я, наверное, провожу малышку, а то мало ли…

— Проводи, конечно… — улыбнулся я.

Попрощавшись и с ним, я зашел в метро, доехал до своей станции и отправился на эту злосчастную улицу, которая была до тошноты противна как мне, так и организму, в котором я находился.