Императрицу откинуло на кровать и телефон отлетел в сторону.

— Что за шум? Дорогая? — кричал Мэйдзи.

Всю комнату заволокло дымом. Тави моментально выпустил два энергетических шара в окно, но дверь тоже взорвалась, откинув лиса в противоположный угол комнаты.

— Что там происходит? — кричал Мэйдзи, с каждой секундой все сильнее нервничая.

В помещение зашли четыре мужчины в магической броне. На каждом была надета маска Они.

— Она должна быть тут, — произнес один из мужчин. — С ней лис.

— Убейте его. Нам нужна только она, — ответил второй. — Остальных тоже убить.

Двое, в красной и белой масках, начали подходить к углу, где лежал кицунэ. Его придавило шкафом, и он пытался выбраться. Еще двое, в черной и синей масках, начали осматривать комнату в поисках Императрицы.

— Дорогая! — продолжал кричать Мэйдзи в трубку.

Один из нападавших по звуку нашел телефон и поднял.

— Ответь мне! — продолжал кричать Мэйдзи.

— Можешь попрощаться со своей женой, — и отключил телефон. — Теперь Император в курсе.

Красная и белая маски подошли вплотную к лису и обнажили короткие клинки.

— Одним демоном-лисом станет меньше, — произнесла синяя маска.

— Или одним демоном, — произнесла у него за спиной Сёкен. — Тави, точечная атака на три часа.

Сама же она схватила клинок и быстро всадила в шею одному из бандитов. Лис же сделал три коротких выстрела в указанном направлении, и одна из атак оторвала ногу белой маске.

— Она тут! — крикнул в черной маске и тут же атаковал туда, где только что мелькнула обнаженная фигура Императрицы. Но оказалось, что там никого уже не было. — Зря стараешься. Уже все сделано…

После его слов на улице опять прогремели два взрыва.

Когда же черная и синяя маски подошли к своим товарищам, то увидели, что у обоих из глазниц торчат клинки. Лиса под завалами тоже не было.

— Готово, — ухмыльнулся один и из-под маски повалил черный дым.

* * *

Вот уж чего я не ожидал, так это того, что все ученики разом накинутся на новичков, и начнут заливать им в рот алкоголь. Глаза Звездочета, которые я вначале принял за наваждение, вспыхнули только для показухи.

Разумеется, в меня тоже попробовали влить какую-то мутную жидкость, но я ловко вылил ее в пространственное кольцо. Ловкость рук и никакого мошенничества.

Но даже тут в такой расслабленной и, казалось, дружественной атмосфере, все равно чувствовалось что-то, что отталкивало.

Минут через двадцать все уже были достаточно пьяными, чтобы потерять бдительность.

Вскоре ко мне подсел Арнольд.

— Чего сидишь один? — произнес он.

— Тон изменился. Не та интонация, — подметила Лора. — Хотя, может, это из-за алкоголя.