Такой хрупкой, беззащитной и одновременно желанной, я себя еще не ощущала. Тяжелые, горячие ладони сжали плечи, опустились на талию, сомкнулись на животе и поднялись вверх, к груди, оставляя за собой обжигающий след. Гариус осторожно изучал мое тело. Каждый тяжелый вдох. Впитывал каждый стон. И следил за реакцией своего Круга. Салар и Айрен жадно наблюдали за каждым движением побратима. Но пока не подходили.
Те же лица в том же месте
Несколько дней назад арты были готовы ждать хоть вечность, пока Ярослава согласиться стать их в полном смысле этого слова. И не только физически. Побратимы договорились дать Сердцу время. Она должна была привыкнуть к ним. Научиться доверять и принимать всех троих. И полюбить. По-настоящему. Всем сердцем. А они, водили бы девочку на свидания. Дарили подарки. Методично соблазняли. Но, как это часто бывает, планы пришлось пересмотреть.
И вот, Ярослава стоит напротив огромной постели, перед двумя возбужденными артами и тихо млеет от осторожных ласк третьего. Кому в тот момент приходилось сложнее, сказать сложно. Принцу, пытающемуся сохранить последние крупицы самообладания или его побратимам, сжимающим в руках белые простыни и не смеющим прикоснуться к такому желанному телу. Проклятый ритуал.
- Ты такая красивая. – Хриплый голос принца обжег нежное девичье ушко.
Ярослава прикрыла глаза и закусила нижнюю губу. Нет, она еще не потеряла голову от блуждающих по телу рук арта. Но уже хотела большего. Подняла вверх руки, давая братьям возможность лучше рассмотреть стройное тело, и выгнулась дугой под ласками принца. Теплые пальцы сжали твердые горошины сосков, сорвав с губ любовницы первый стон.
- Наша девочка. – Шептал ей на ухо принц, не забывая обжигать кожу короткими поцелуями.
От этого голоса, и от твердого, упирающегося в спину члена, в голове Ярославы все зашумело. Живот свело сладким спазмом. Между ног стало не только жарко, но и влажно. А от мысли, что за тем, как ее ласкает мужчина, наблюдают еще двое, пронзила сладкая дрожь. Так это было вкусно и порочно.
Гариус к этому времени уже с трудом соображал, что делает. Будто сорвало все предохранители. И только чудо помогало не вторгнуться в такую любимую, такую желанную плоть. Он еще не осознавал, как сильно ему нужна эта девочка. Но уже был готов на все, лишь бы та никуда не делась.
Еще один томный стон раздался в спальне. Малышка выгнулась. Прижалась упругой попкой к его немалому достоинству и посмотрела на побратимов:
- А вам особое приглашение надо?
Яра на них одновременно и злилась и до одури хотела. Всех троих. Сразу. Прямо здесь и сейчас.