Потом я сообразил, что метки потусклее это младшие магистры и магистры. Такая же точка горела в Балакина, и приблизив картинку я увидел очертания своей крепости. Это был я.

— И давно ты это нашёл? — спросил у ученого я.

— Примерно через месяц после окончания войны. А что?

Он до сих пор не понимал, на что я смотрел.

— Аааарррхх, — произнёс я, после чего ударил себя ладонью по лицу. — Ты хоть понимаешь на что мы смотрим? Это, — указал я на яркие точки, — сильнейшие маги.

— И что?

— А то, что, зная сколько сильных магов у противника, мы сможем подготовиться к сражению.

— Так ведь это и так все знают. У галлов, гномов и Шляхты по одному, у бриттов… Что? — увидел он мой взгляд полный разочарования.

Не став объяснять очевидные вещи, я начал смотреть на местоположение всех ярких точек. Как ему объяснить, что, зная где находится сильный маг, в это время можно атаковать в другом месте? Или наоборот перекинуть магов туда, где сконцентрировались сильные маги противника?

Моё внимание привлёк свет в Арабском халифате. И я не сразу обратил внимание, что рядом с городом, где горела метка о том, что там сильный маг, было больше всего людей с геном туариан.

Максимально приблизив картинку, я увидел очертания разрушенного города, который полностью поглотили джунгли. И я не сразу увидел метку. Она была яркой. Вернее, не так. Излучение от неё стало видно после сильного приближения. Энергия от этой метки находилась глубоко под землей и, возможно, её концентрацию снижали какие-то артефакты.

— Первый, — ухмыльнулся я. Дальше я передвинул изображение к Кейптауну. Оглянувшись на Славянова я не знал, как ему сказать, что он ИДИОТ. Если бы он сообщил об этом раньше, то возможно мы уже давно смогли бы вычислить детей Моисея!

Однако потом я вспомнил, что тогда у нас не было капсулы Гавриила. И вряд ли я бы знал где и на что смотреть. А осматривать на таком приближении весь Теллус ушли бы годы.

У меня увеличились глаза, когда я стал смотреть на южную сторону Африки. Такой яркой метки не было нигде. Но стоило мне приблизить изображение…

— Раз, два, три, четыре, пять, шесть…! — начал считать я яркие точки, которые находились все в одном и том же месте. Переключившись на нормальное изображение, я увидел, что там шла очень серьёзная битва.

* * *

Когда Мерину пришло сообщение от Ярара о детях Моисея, он отнёсся к этому скептично. Он просто не мог представить, что такое может быть на самом деле. Люди просто не могут столько жить. Однако его дочь очень просила отнестись к словам её мужа серьёзно. И он с неохотой отдал приказ на проверку всех родных.