Портить материал я не собирался, сконцентрировавшись, направил на гнома, мощный поток сил смерти, он замешкался, сбился с шага. Я продолжал давить, выбивая из его тела саму жизнь, неуклюже выронив оружие, со стоном рухнул на колени. Дальше мне не составило труда выбить из ослабленного гнома жизнь, и получить совершенно целое тело, для моих экспериментов.

В эльфа полетела пара проклятий, слабости, порчи, и болезни, вскоре его параметры просели настолько, что он рухнул, на землю и его заживо начала пожирать моя лошадь.

Со стороны озера стали раздаваться яростные крики, четверо последних членов группы, уверенно загребали в сторону берега. Все они уже были в зоне действия моей ауры, и мне не составило труда залить каждого из них десятком ослабляющих проклятий. Они не смогли доплыть до берег, и пошли на дно не в силах удержаться на воде.

Не знаю, как кому, но мне казалось, что моя сила зависит от величины резерва, я слил почти весь свой резерв и десять процентов из накопителя. Десятка проклятий хватает с головой, чтобы загнать в минус параметры, превращая врагов в недовольные кучки ни на что не способной плоти. Да, мой класс, это настоящая имба, и на месте Желтого Император занерфил бы такого исполнителя в хлам, чтобы не портил статистику.

Спрыгнув со скакуна, достал из инвентаря коробку с инструментами, позаимствованную из Зиккурата. Щипцы, пилы, молотки зубила, помогли мне быстро отделить ненужные гному руки и ноги, а также часть торса, после призвал Кирпича и стал пришивать к нему свежие части тела, и наносить новые печати, из серии последних разработок.

Через пару часов, чистый золотистый песок пляжа, был качественно залит кровью и усыпан свежими потрохами. Моих знаний для работы с торсом и внутренними органам, катастрофически не хватало, пришлось все стягивать дополнительными швами ниток и молиться, чтобы все было присобачено правильно, а то Кирпичу, потом будет болеть животик.

После того как я накачал тело раба, энергией смерти, он перестал притворяться безжизненным бревном. Руки, ноги, задвигались, загребая песок, с головы начала отсыпаться старая прожаренная кожа, показывая новое лицо. Серая, тонкая кожа, облегала его череп, как плохо надетая резиновая маска, пасть задвигалась, демонстрируя новые более острые клыки. Вскоре он неуверенно поднялся на четвереньки и выдал длинный недовольный рык, Кирпич сильно хотел есть, и сдерживать его я не стал.

Ударом лапы, зомби оттолкнул морду коня, от его добычи, и сам впился в остатки недоеденного тела эльфа. Да, мой верный раб стал меньше ростом. На нем, почти не осталось шерсти и вообще от прежнего милого пушистика, не осталось ничего, кроме широкой обтянутой кожей пасти. Теперь же Кирпич был похож, на непонятную, странную, херню, которую сложно приписать к какому-нибудь виду монстров, или полноценной разумной расе.