— Паря, а ты, чей будешь? — неожиданно раздался скрипучий голос старика.

— Ни чей я деда, недавно с гор спустился, там я жил. — Махнул рукой в сторону горной гряды, скрывая своим телом морду, хрустящего мясом кролика.

— А мерзкий некромант значит, — пробормотал старик, в его голосе раздались первые эмоции некоторой надежды. — Внуча, не хочешь на меня поработать, как сам видишь, мне нужен некромант, пусть даже, такой сопляк как ты.

— Ну я, это, смотря что надо делать, — я промямлил выбитый из колеи тем, что старик так быстро понял кто перед ним стоит.

— О ничего сложного тебе делать не нужно, я всего лишь хочу отомстить за все это. — Старик печально обвел взглядом, прямую линию тел.

— Эм, я бы вам с удовольствием помог, но это не в моих силах, я еще слишком слаб. — Правдиво ответил я.

— Не волнуйся Внуча, я не прошу тебя идти и кого-то убивать, — отмахнулся старик. — Выслушай меня, а потом ответишь, хватит твоих сил для этого, или нет.

— Хорошо дедушка.

Старик опустился на колени, около одного из изувеченных огнем тел, оно было меньше, чем другие, и гораздо тоньше, возможно это было тело ребенка.

— Познакомься это моя внучка Кася, — с улыбкой погладил голову рукой старик. — Моя красавица, работящей была, доброй, никому зла не желала, несмотря на то что мы живем, в этом диком, безжалостно мире. Два дня назад, прискакал сын старосты, из деревни Серых Холмов. Очень богатой деревни, зажиточной, по нынешним меркам, тамошний староста ведет дела с бандитами, да прочим отребьем, которые защищают его от других банд, да голодного зверя. Его отец староста Сиплер, передал требование, переселить всех людей в его деревню. Естественно, мы отказались, хоть наш поселок был нищим, но гордость свою, мы никогда не теряли, и помнили все обиды, которые нам принесли из Серого Холма. Ночью, сын Сиплера Юстаф, вернулся, пробравшись в мой дом, выкрал Касю, снасильничал в ближайшем овраге, и задушил, тело оставил на крыльце нашего дома.

Мне было тяжело смотреть на старика, эти слова, словно вытягивали из него последние жизненные силы. Его лицо серело и покрывалось новыми морщинами прямо на моих глазах, но он продолжал спокойным голосом, свой страшный рассказ:

— Мы с мужиками пытались Юстафа догнать, но поганец, успел прыгнуть на лошадь, да ускакать, а вечером налетела банда Бородатого Терча. Они убивали всех, никого не щадили, не забирали в рабство, а дальше, ты все видишь сам.

Старик продолжал с любовью поглаживать голову своей внучки, грязная седая борода, была полностью мокрой от пролитых слез: