— Еще вчера вечером перечислила средства за три дня, как вы и велели, — ответила врачу Светлана Ивановна.

— Гм, за три дня? — нахмурился господин Бойко. — Тогда молодой человек еще может две ночи переночевать или оставить это право за собой, если вновь попадет в переделку. Возврат средств возможен, но процедура долгая, не советую.

— Поняла, — кивнула тетка, а потом спросила: — Доктор, а Алексу требуется какое-то лечение в домашних условиях?

— Набираться сил, правильно питаться и не ввязываться в дуэли, — отмахнулся тот. — Ладно, побегу, другие пациенты ждут. Выписку отдал, добавить нечего, если только, — он обернулся ко мне: — Молодой человек, надеюсь, мы больше с вами не встретимся в этих стенах.

— Спасибо доктор, — протянул я руку Глебу Семеновичу.

— На здоровье! — усмехнулся тот, пожал мою ладонь и ушел.

— Кать, найди кастеляншу и забери вещи Алекса, — попросила Светлана Ивановна дочь.

— Так мне их и отдадут, — буркнула сестрица.

— Возьми мой телефон, — отдала ей свой сотовый женщина, — там скриншоты об оплате, покажешь.

Катька не стала спорить, тяжело вздохнула и отправилась за моими вещами. А тетка присела на стул и в ее ауре появилась тревога и смущение.

— Нам необходимо поговорить, — не глядя на меня произнесла женщина.

— Здесь и сейчас? — уточнил я.

— Да, — кивнула Светлана Ивановна. — Алекс, ты мне стал чуть ли не как сын. Сделала все, что смогла, но учиться тебе в Москве не получится. Нет у меня таких денег. Сегодня возвращаемся домой, нам тут нечего делать. Нам еще надо успеть к нотариусу, чтобы ты отказался от поместья.

— И титула дворянина, — продолжил ее мысль.

— На кой тебе сдалось поместье, на котором куча долгов?! Мало того, оно под защитным куполом! Что там внутри непонятно.

— А как насчет клана? Его тоже ликвидировать?

— Да, только так сможешь спокойно жить, — тяжело вздохнула тетка.

Ей нелегко дались эти слова, другого выхода не видит и понять ее могу. Сейчас она считается моей семьей, долги автоматически на нее распространяются. Фамилии у нас разные, но суть дела это не меняет. По документам числилась опекуншей, поэтому предстоит нелегкий выбор. Решение уже принял и ни моей собеседнице, ни Катьке такое вряд ли понравится, но деваться некуда.

— Предлагаю отложить этот разговор, — дернул себя за ворот халата, намекая, что сейчас не время и не место.

— Понимаю, мне такое решение далось не легко, но выбора нет, — произнесла тетка.

— Он всегда есть, — не согласился я.

Чего-то такое ожидал, ей деваться некуда, есть определенные рамки, за которые выйти не может. Не хотел бы оказаться на ее месте, но она не стала предлагать мне самостоятельно строить свою жизнь. Вот только в опеке не нуждаюсь.