— Бред какой-то, наверное, кто-то из топов решил не делиться и закрыл событие, у тех же Фениксов хватит сил на это.

Интересно было слушать об этих событиях, особенно важно для меня то, что никто не может связать событие со мной. Или могли бы начаться проблемы. Но участвовать в этом разговоре не хотел, могу сказать что-нибудь не то, у меня-то нет доступа к форуму. Поэтому попрощался с ребятами и отправился к лавкам, надо закупиться и отправляться в путь.

Для начала зашёл к алхимику и купил зелья на все случаи жизни. Десяток на восстановление здововья, десять на ману, три ночных зрения, пять очищения от яда.

Следующим стал магазин магических свитков, тут взял пять свитков левитации, на случай, если попаду в зыбучие пески, и семь свитков комфорта, которые на протяжении десяти часов выстраивают вокруг тебя удобный температурный режим.

Больше ничего интересного не нашёл, поэтому пошёл в лавку обычного купца. У него купил флягу повышенного объёма, тут же наполнил её свежей водой. Потом закупил снеди на десять дней, кто знает, сколько мне придётся пробыть там.

Больше в городе меня ничего не держало, а значит, отправляться стоило немедленно. Выйдя из города, я призвал верблюда и отправился в сторону пекущего солнца. Во время пути очередной раз поблагодарил себя за приобретение верблюда, он шёл по пустыне и не чувствовал какого-либо дискомфорта от палящего солнца. Интересно, но только оказавшись среди песчаных барханов, я понял, как сильно все-таки переживаю. Куда иду? Зачем иду? Что мне это даст? Но, поразмыслив, прогнал от себя эти страхи. Куда иду, я знаю, у меня на карте есть метка, иду я учиться, и даст мне это знания, так что надо подбирать сопли и двигаться дальше.

В целом, путешествие по пустыне достаточно скучная вещь. Единственное, что радовало, так это то, что резист к температуре поднялся на два процента и стал вместо семи девять.

К счастью, во время путешествия я не был ни разу атакован. И уже к вечеру подъехал к скале. Сама скала невысокая, метров десять в высоту, и прямо у подножия пещера, закрытая воротами из какой-то неизвестной мне древесины. Постучал, тишина, подождал немного, постучал второй раз. На этот раз ворота открылись, передо мной предстал человек средних лет в монашеской рясе. Поза, в которой он меня встретил, была расслабленной, как будто он только что пил чаёк, а тут к нему почтальон зашёл с любимой газетой, вот только глаза… От его глаз меня пробрал холод, он смотрел на меня, как на труп. Из столбняка меня вывел его голос, таким голосом обладают боевые офицеры, ровный, спокойный, с металлическими нотками.