У нас майор человек явно неплохой, но осознав, что воинская дисциплина с каждым днём работает всё меньше, попытался стать нам заботливым папашей, сплотить нас как семью, не понимая, что с двадцатью пятью молодыми парнями и пятью девушками это не сработает. А может, наоборот, понимал, поэтому так торопился снарядить как можно больше поисковых групп, которые будут редко друг с другом пересекаться. Часть агрессии будет выплёскиваться на монстров, а не на соседей, к тому же может удастся уговорить остающихся в лагере девушек, быть приветливыми со всеми возвращающимися на базу, вполне резонно указывая на то, что те рискуют жизнью ради их благополучия. И грех отказывать своим спасителям в такой малости.

Дойдя до этой простой мысли, я с такой силой всадил иглу в череп крысы, что пробил его насквозь.

Конечно, Анна мне не невеста и, можно даже сказать, не подруга, а ситуативный спутник, но чувство собственника отринуть не так-то просто. Альтернативой этого была жёсткая борьба за не свою девушку, которая закончится очень плохо для всех сторон противостояния, включая её саму.

Вот чёрт, я горько усмехнулся, мир рушится у нас на глазах, его заполонили ожившие мертвецы, пришельцы из других миров и измерений, мутанты и совсем невообразимые чудовища, а нас продолжают раздирать всё те же проблемы, что волновали наших дальних предков, вылезших из тёплых солёных озёр на берег и оглашающих пространство ритуальным воплем призыва, борьбы за право овладеть такой симпатичной, зеленокожей и хвостатой самкой.

Чёрт, чёрт, чёрт. И надо было нам сюда припереться. Теперь все доставшиеся нам до этого на долю трудности, казались мелкими и не стоящими внимания.

Ладно, завтра утром с первой тройкой уйдем в поход и у меня будет ещё возможность подумать об этом, а пока…

Я уже было взялся за последний трупик, как сверху, перепугав меня до чёртиков, свалился Смог и, распахнув дверцу клетки, с натужным хлюпаньем выплюнул внутрь неё отвратительно выглядящий залитый смолой шмоток шерсти. Захлопнул дверцу, и уставился на меня таким видом, что не хватало только какого-нибудь возгласа типа:

Тадам!

— Это что за ужас? На всякий пожарный я даже слегка отодвинулся от клетки.

Возмущённый пет, сначала направил два щупальца на меня, затем на клетку, затем снова на меня, а потом снова на клетку, будто говоря:

— Ты просил — я принёс.

Это чё, крыса что ли? А можно её как-то от смолы почистить?

Пет окатил меня лёгким презрительным взглядом, распахнул клетку, просунул туда щупальце, одним движением всосав в себя всю смолу, оставив лежать на дне клетки помятый труп крысы.