— ТИХО! — пробасил я, — Всем успокоится! Сейчас вы в полной безопасности. Скоро у вас будет и вода и еда, нужно немного потерпеть…

— Ты вернёшь нас в Квиск?! — выкрикнул кто-то из толпы.

— Как вы помните нас только что пытались убить, и это были не мутанты. Правительство Квиска отказалось от нас. — делаю паузу чтобы смысл слов дошёл до людей. В пещере наконец повисает тишина. — совсем скоро я верну всех тех кто захочет обратно в город. Но хочу предостеречь, вас там скорее всего убьют, всё те же люди что только что пытались это сделать.

Жду ещё вопросов, но слава яйцам народ был в шоке, так что их не последовало. Разворачиваюсь и иду в сторону пространственной трещины.

Арт, помнишь задачку с каннибалами?

— Много Инк, очень много. — слышу я не утешительный голос.

А разве есть варианты? — поворачиваюсь я к людям, которые начали усаживаться. Большинство по прежнему смотрело на меня.

— Не, я не спорю что переместить их туда это лучшее решение, лишние руки и прочее. Но почему бы не оставить их здесь?

Гавно ты мутанта…! — было начал я.

— ты не понял. Я не предлагаю их бросать. Можно же и здесь обустроить базу.

На триста человек? — скептически подумал я. — В этой пещерке?

— Пещерах! Тут же целая галлерея. Чем не убежище? А еда, свет и прочее что необходимо для жизни мы, точнее ты, принесёшь.

А не слишком геморрно?

— Каннибалы купят всё это мясо, не считая одежды, за семнадцать с половиной миллионов. — привёл Арт железобетонный аргумент.

Мдааа… такое количество илудов я вряд ли быстро найду. Тут я начал ощущать странное чувство во всем теле, ноги и руки начало покалывать.

— советую сейчас же пройти сквозь портал на ту сторону. Люди не должны тебя видеть в таком состоянии.

Я только и успел сказать, что скоро вернусь как прыгнул в фиолетовое марево.

Секунда и я в пещере, а трещина уже позади меня. Разворачиваюсь и просто стою смотря на то как мерцает туман.

— Это будет больно… — возникает Арт, — Действие препарата кончается. Као, Инма… — Эти два имени становятся спусковым крючком.

Трещина что будто появилась в моей душе, после смерти Као, снова напомнила о себе. А все те легкие покалывания что я чувствовал до этого, резко превращаются в иглы резко вонзающиеся в тело.

— Ааааа!!!!!! — ору что есть мочи. — Они умерли! Все! Из за меня!

Эти слова даже для самого себя становятся неожиданными. Мое сознание будто бы разделилось на два. Одна часть, билась в истерике, другая спокойно наблюдала за этим. Но самое странное в этом состоянии то что я даже не мог понять, боль физическая или душевная. Она смешалась в одно.