Яд!

В кабинет уже врывались дружинники, привлечённые шумом. Среди них был Борис.

— Убрать тело, — коротко приказал я, поддерживая Ярославу. — Тихо, без паники. На меня совершили покушение. Усилить охрану периметра, перепроверить всех беженцев. И княжну нужно доставить к Светову.

— Есть, воевода!

— Я могу идти сама, — возразила Засекина, и попыталась встать, но ноги подкосились.

Я едва успел подхватить её, не дав упасть.

— Не время для гордости. Это яд, и неизвестно, как быстро он действует.

Я взял её на руки и быстрым шагом направился в лазарет. Ярослава оказалась легче, чем я ожидал — несмотря на высокий рост и атлетическое телосложение, в моих руках она весила не больше подростка. Медно-рыжая коса свесилась через мой локоть, металлические кольца в волосах тихо позвякивали при каждом шаге.

Её голова прижалась к моей груди, и я почувствовал, как участилось её дыхание — короткие, поверхностные вдохи, словно лёгкие отказывались работать в полную силу. Серо-голубые глаза были полуприкрыты, но в них всё ещё горела упрямая искра — она боролась с ядом каждой клеточкой своего тела.

Внезапно память подбросила другой образ — светлые волосы вместо рыжих, карие глаза вместо серых. Хильда, истекающая кровью после нападения Алчущих, такая же лёгкая в моих руках, такая же упрямая в своей борьбе за жизнь.

«Не сейчас», — оборвал я себя, ускоряя шаг.

— Держись, княжна, — пробормотал я, чувствуя, как её пальцы слабо сжимают ткань моей рубашки. — Ещё не время тебе умирать. Ты обещала мне танец после Гона, забыла?

— Отравленная девица… не лучшая партнёрша… — она попыталась усмехнуться. — Все ноги… отдавлю.

Эта женщина была воином до мозга костей, и она не сдастся какому-то яду без боя.

Коридоры острога пролетали мимо. Дружинники шарахались в стороны, освобождая дорогу. Я краем глаза наблюдал, как челюсти Ярославы стискиваются всё сильнее — яд прогрессировал, но она не издала ни звука. Гордая, упрямая, сильная. Как Хильда. Нет, не как Хильда. Ярослава была собой, и я не имел права проецировать на неё тень прошлого.

В лазарете нас уже ждал Георгий Светов. Целитель выглядел отдохнувшим после инновационного решения Зарецкого.

— Отравленная рана от клинка, — коротко объяснил я, пока Ярославу укладывали на койку. — Убийца использовал какой-то яд.

Светов кивнул и склонился над пациенткой, осторожно разрезая ткань вокруг раны. Царапина была неглубокой, но края уже приобрели нездоровый фиолетовый оттенок.

— Парализующий токсин, — определил целитель, призывая магию. — Крайне неприятный. Без лечения полный паралич дыхательных органов наступил бы через четверть часа.