Заполнение заняло полторы минуты. Поплавковый клапан сработал и перекрыл вакуумную магистраль. Автоклав оказался полностью заполнен.

— Работает! — воскликнула Шурка.

Завершающим испытанием стал слив. Николай открыл вентиль от компрессора, сжатый воздух с рёвом ворвался в автоклав. Вода с рёвом выплеснулась из сливной трубы. Меньше чем через минуту камера опустела — в колодце забулькали большие пузыри воздуха.

— Вот это мощь! — восхитился кто-то.

Все соединения остались герметичными, никаких протечек не было. Система работала как часы.

— Шурка, ну ты и голова! — восхитился Степан. — Такую установку придумать!

Девушка просто сияла. К её способностям по ремонту техники все давно привыкли. А вот создать что-то новое, да ещё в такой короткий срок — это достижение совсем другого уровня!

Николай одобрительно кивнул.

— Завтра можно запускать работу с комлями, — вынес он вердикт.

— Поздравляю, дочка! — из собравшейся толпы вышел Тихон, который уже успел вернуться с учёбы. — Я всё видел! И очень тобой горжусь!

— Спасибо, пап, — Шурка обняла отца, стрельнув глазами в мою сторону.

Я поднял большой палец вверх, широко улыбаясь. Надо будет как-то её поощрить. Только вот как?

ㅤ

Народ постепенно расходился, и в наступающей вечерней тишине особенно отчётливо слышались голоса рабочих, обсуждавших успешные испытания автоклава. Шурка сияла как начищенный самовар, принимая всё новые поздравления.

Я стоял, прислонившись к борту внедорожника Чемезова, и наслаждался моментом. То, что ещё каких-то три дня назад было всего лишь идеей, теперь представляло собой агрегат — и первый серьёзный производственный участок в моих владениях.

— Ваше Сиятельство, — негромко окликнул меня Степан.

Я обернулся. Прораб подошёл, держа в руках свёрнутые чертежи. Выражение его лица было задумчивым, словно он взвешивал что-то важное.

— Что-то случилось? — поинтересовался я.

— Не случилось, но случится, — Степан развернул листы на капоте внедорожника. — Вот, смотрите.

Передо мной лежали мои же чертежи стоечно-ригельного каркаса. Деревянные фермы, врубочные соединения, шип-паз…

— Узлы вы вычертили правильные, как по учебнику, — Степан постучал пальцем по одному из соединений. — Крепкие. Но их много. Очень много.

Он провёл рукой по чертежу центральной фермы, показывая каждое пересечение балок.

— На два дома у нас полсотни ферм, это двести врубок, — продолжал он. — А ведь каждая врубка — это две детали идеально подогнать друг к другу. Это не считая сотен других соединений — раскосов, стоек, обвязки.

Степан был прав — соединений действительно много.