А-а-а-а, вон оно что! Власти на святое покусились! Вы что, они же дети, с ними же так нельзя!

Катя, глядя на всё это квадратными глазами, присела ко мне поближе, и я, недолго думая, обнял её за талию.

— … минувшей ночью подразделения Императорской гвардии, направленные для стабилизации обстановки, отказались выполнять приказы и перешли на сторону протестующих. Объединённая колонна двинулась по Невскому проспекту к Дворцовой площади. В ходе дальнейших столкновений мятежники захватили Императорский Дворец и в настоящий момент контролируют сам дворец и прилегающую территорию…

Где-то я такое уже видел…

Княжна повернулась ко мне, прикрыв рот ладонью.

— Мне отец позвонил, — затараторила она, — сказал, чтобы я сидела в усадьбе, в Петербурге переворот, и вообще неизвестно что дальше будет! В столице военное положение! Я сразу к тебе…

— Политические требования были? — вспомнил я, что в таких случаях самое главное.

— Ничего вроде не говорили… — нахмурилась Катя.

— Тогда не переживай раньше времени, — я прижал её к себе, чтобы успокоить. — Может, парней к девушкам в общагу не пускали, вот они и взбунтовались!

— … Его Императорское Величество покинул дворец, — вещал меж тем диктор, — и в настоящий момент находится в безопасности. Двадцать минут назад Его Величество выступил с кратким обращением.

Картинка сменилась на парадный портрет Императора, видимо, обратиться к народу он решил по телефону.

— Граждане Империи! Сегодня ночью в столице произошли беспорядки. Особенно печально, что зачинщиками стали наши студенты, цвет нации. Я расцениваю произошедшее, как трагедию государственного масштаба, и лично занимаюсь расследованием причин. Хочу заверить, что ситуация находится под контролем. Мы во всём разберёмся, и виновные в провокациях и кровопролитии ответят по всей строгости закона, независимо от чинов и рангов. А пока я вынужден ввести в столице военное положение. Прошу жителей Петербурга отнестись к этой вынужденной мере с пониманием.

Как-то слабовато, если честно. Вроде и разобраться пообещал, а вроде и конкретного ничего не сказал. Так, общие слова.

Но и паники какой-то в голосе императора не слышно. А то, что без видео — так ничего страшного. Было бы хуже, если бы говорил на камеру, но жевал при этом галстук.

Катя меж тем, чуть повернувшись и прижавшись ко мне грудью, зашептала почти в ухо:

— Так может Она здесь поэтому? Кто-то что-то знал, вот её и отправили подальше от событий с надёжными людьми?

— В самое безопасное место в Империи, да? — хмыкнул я. — Да даже на Дворцовой сейчас безопаснее, чем у нас здесь!