— А куда собственно мы едем? — попытался я уточнить диспозицию у неразговорчивого гражданина.

— Сейчас всё сами увидите, — вежливо отрезал тот.

Увидел, ага — в Сенатский дворец нас привезли, и тут я вспомнил, что здесь вообще-то с незапамятных времен располагается резиденция Генсека КПСС, начиная еще с Ильича… потом Виссарионыч отсюда же страной правил, да и Сергеич со вторым Ильичём не погнушались здешними апартаментами … ну окей, Сенатский, значит Сенатский, заодно посмотрим, как наши генсеки живут… и сравним с жилищем американских президентов… нет, свои выводы на этот счет я при себе оставлю… ну если только очень сильно попросят, тогда уж…

Нас выгрузили из машин, после чего строгий гражданин, встретивший нас в парадных дверях, строго сказал всем идти по коридору направо, там вас встретят и разместят, а вот ты, Сергей Владимирович (при этом он чуть ли не уперся мне указательным пальцем в пуговицу на мундире), пойдешь со мной прямо. Спорить не стал, сделал, что сказано — мы поднялись по парадной лестнице на второй этаж, пройдя через три поста охраны. Красиво, никаких вопросов, Белый дом и рядом не лежал, подумал я, поднимаясь по белокаменной лестнице. Потом направо за угол и вот оно… не сразу конечно, сначала два офицерика документы ещё раз проверили, а вслед за этим уже и оно было — дверь с монументальной табличкой «Приёмная Генерального секретаря ЦК КПСС».

Высоко же ты залетел, Сергуня, выше только горные орлы на Кавказе летают и эти… снежные человеки обитают в Гималаях, но это неточно… падать-то больно будет с этих Гималаев, ты это учти, гражданин Сорокалет… есть учесть, что больно будет… на этом мои полушария закончили оживленную дискуссию, потому что меня без малейшего задёва транзитом через приёмную (я даже не успел рассмотреть, кто там сидит) препроводили к самому… не, не так — к САМОМУ…

Сам сидел в глубине кабинета площадью так под сто квадратов… не, даже больше, сто пятьдесят… и работал с документами… читал в смысле бумажки какие-то, а не то, что вы сейчас подумали. Увидев меня, он кивнул сопровождающему, тот тут же исчез из поля зрения, а мне он сказал:

— Ну здравствуй, Сергей ээээ… Владимирович, заходи, гостем будешь.

— Здравствуйте, Дмитрий Фёдорович, — смело ответил я, — как здоровье?

— Спасибо, в соответствии с возрастом. Садись давай… — буркнул он, — чай будешь?

— Если можно, от кофе бы не отказался, — нагло сказал я, пристраиваясь на стуле возле генсековского стола, стул тоже был красивый и новый, — Картер меня кофе поил.

Устинов хмыкнул, потом сказал что-то в переговорник, и буквально через десяток секунд в дверь занесли поднос с кофейником, двумя чашками и какими-то печеньками. Принесший это дело товарищ наполнил чашки, пододвинул зачем-то поближе ко мне вазочку с печеньем и сахаром и немедленно испарился.