— Устала как собака, спать, спать, — пробурчала она и реально уснула. М-да, укатали сивку крутые горки. Пришлось и мне ложиться. Ночью я слышал шум на первом этаже, и вроде бы даже разговоры. Чертов Ригард! И не спится же ему! Но утром оказалась, что виноват не Ригард. А некий баронет, пришедший к своей любовнице или даме. Вот она чего мне не дала! Ригард естественно его запустил, и не выпустил. И утром я застал такую картину спускаясь вниз: баронет лет двадцати спит на кресле, а Ригард караулит его рядом.
— Часа четыре всего поспал, потом этот пришел к Марьяне.
— Да запусти ты его, и иди поспи ещё, уже никуда не торопимся, — махнул я рукой десятнику.
Баронет резво рванул наверх, надеясь увидеть следы неверности подруги, и даже чего-то там поскандалил. Но когда я после разминки и ведра воды из колодца, поднимался наверх они уже активно мирились, хотя, как заметил я, ехидно про себя улыбаясь, орала Марьяна не в пример тише, чем позапрошлой ночью. Я не стал их обламывать и шум скоро прекратился, потом некоторое время раздавался яростный шёпот, и в конце концов рогатый любовник свалил по-английски, не попрощавшись со мной.
— Гарод, надеюсь вы не в обиде за это маленькое недоразумение, это мой жених и сегодня он не должен был прийти.
Она была в единственном одеянии — короткой просвечивающей ночнушке, и я не мог не простить её, яростно вдалбливая в свою кровать. Громкость она прибавила!
— А ты жеребец Гарод! И умелый не по годам. Так, что, простил меня?
— Лишь бы жених не сбежал, мне-то что. Не сбежит? — Ответил я вопросом на вопрос.
— Ха-ха-ха. — посмеялась она. — Он догадывается, но любит сильно меня. Кстати, у него есть шансы стать бароном! Но не скоро, он старший сын, но отец ещё может долго прожить. Так глядишь, и я стану баронессой!
— Ну что, какие планы? — закрыл я тему.
— Мастерская, потом за твоими в гостиницу, поселим слуг и можно по твоим делам.
— Лиска пусть меня в комнате ждет, и заодно кушать приготовит, денег я ей дам, пусть купит что надо. Да и ты не особо нужна, возьмем проводника и поедем сами по столице.
— И то верно! Я пока займусь твоей одеждой и плащом.
Мы выехали втроем из усадебки, и проехав метров триста очутились у большого барака. Это и была их мастерская. На входе охранник и две приемщицы, никаких проблем нам не доставили, я внес аванс за одежду и пошел беседовать с мастером по меху. Против ожидания это был не старик, а молодой парень с помощником того же возраста.
— Шкура идеальная! Предлагаю сделать её на вырост, подогнуть снизу плащ и рукава тоже закатать. Ты молодой, вырастешь быстро.