Ладно, это я так, в философские материи ударился. Иначе пришлось бы удариться головой о стену, потому как находиться в Иратической Храмине и при этом сохранять долженствующее Принципалу Культа величественно-серьёзное состояние при визите в главный и пока единственный храм опекаемых… Нет, это точно было бы выше моих сил! А так ничего, держусь до поры.

Проповедь не желаете? Ту самую, с использованием «натурального показательства»? Так ведь всё равно покажут, даже не сомневайтесь! Вон, Рувик, дорвавшийся до всеобщего внимания, витийствовал о новой Вяликой Чудасии, которую он готов предоставить к уже известным бесятине Тело-скинезу и Б***ословенной Подглядке:

— Точнявое Натяжение! — подняв вверх Иратическую Жезлу, возвестил мой, пожалуй, уже бывший шут, ныне Первопорнограф Культы. — Щобы эта, натягивать красоту. Точно-точно натягивать, не отмахиваясь. Чтобы она, красота, не того, не смахивала нас, умеющих считать и читать позы и загибать цифирью до семи. Семь — вяликое и сильнае число!

— Чудасию!

— Натяжение…

— Сильнае и Тачнявое!

Ишь как публика то воодушевилась. Порнобуквари с кружевным бельишком в качестве закладок. Иратические Жезлы, трезубцы с крепко привязанными к остриям лифчиками. Некоторые уже и, хм, «гербариями» обзавелись, благо лично коротышкам разрешил. И гербы… нет, всё ж натурально «гербарии», ибо их носители были теми ещё баобабами, заставляли то взоржать от души, то фэйспалмом себе по лбу зарядить.

— Аристократии Империи Света и Вечного Леса таких вот гордых носителей «гербариев» показывать. Особенно некоторых, — хихикнула огнёвка, поочередно тыкая пальцем в сторону нескольких особо выдающихся «носителей идей», что воплотили на реющих — ибо зачарованные — кусках ткани воистину эпические сцены. — Так и хочется к их «гербариям» ещё и девизы присовокупить.

— Совокупить! — пискнуло знакомым бесовским голосом совсем рядом. Чугрик, паразита кусок, один из порноапостолов Культы, подкрался этак незаметно. — Чугрик хотеть совокуплять, как на гербарий! И к гербарию весные… Довесные слова, во! У них просто гербарий, а у меня и Препохабного будит гербарий с довеском. Тяжелым довеском, чтоб не поднять было. Или поднять, но сложна-сложна! Чугрик умный, Чугрик лететь!

И полетел. Аккурат к Рувику Препохабному. Делиться очередной дурной идеей.

— Идиот!- припечатал я. — Но хуже всего то, что я начинаю понимать, как именно трансформируется в бесячьем мозге то, что он сейчас нам донести пытался, прямо на месте расплескав почти всё мало-мальски разумное содержание.

— И что же?- настороженно так спросила подруга.